— А почему тебя интересует Великий князь? — Не открывая глаз спросил Подоров.
— Ну как же. Мы же родственники, почти братья. К тому же возникает интересная коллизия: меня готовят принять клан Орловых, как его главу, значит Васeк будет в моём подчинении, с другой стороны, он наследник престола, и, следовательно, как только станет императором получит власть надо мной, и как мы будем выходить из этого тупика? Потому что это говно не успокоится, пока меня не уничтожит. Поднять знамена бунта, с одновременным изгнанием Васьки из клана?
— Тебе не кажется, что ты утрируешь? — Подоров открыл глаза.
— Нет, не кажется. Я тебе самую вероятную перспективу обрисовал сейчас. — Я повернулся к нему, и встретился с напряженным взглядом. — Так что ты мне на это скажешь?
— Я скажу, что ты торопишь события. Император пока жив, а Василий под домашним арестом. Все его контакты я отслеживаю лично. Есть, конечно, вероятность, что кто-то с ним свяжется, абсолютно все щели не перекроешь. Вот только, Васька не совсем идиот, и прекрасно понимает, что это может привести его к очень неприятному концу. Михаил лучше династией пожертвует, чем оставит страну в руках не просто идиота, который будет рожей торговать, оставляя принятие всех решений Совету кланов, а идиоту, продавшемуся другому государству. — Подоров продолжал на меня смотреть. — Есть, правда, ещё один выход. Ты поговорил с матерью?
— Частично. Она призналась, что брак был заключен, и что Виталий не сумел спасти в пожаре церковные книги. Но вот про свидетельство она ничего не сказала. И давить я на неё не стал. Ей просто физически плохо становится, когда она про этот брак вспоминает. — Я не отводил взгляда. Наша дуэль продолжалась недолго. Наконец, Матвей медленно произнес.
— Хорошо, я найду другой способ до неё достучаться. Мария не глупая женщина, должна понимать, что это значит для страны.
— Она беременна. Помни об этом, когда будешь искать другие способы достучаться до моей матери. — Он прищурился и слегка улыбнулся. После этого отвел взгляд.
Машина как раз затормозила и остановилась. Я задумчиво смотрел в окно на верфи.
— А что если мы не будем его уговаривать? — я говорил, обдумывая наши дальнейшие действия.
— И что мы будем в таком случае делать? Я не могу удерживать её в твоём отеле вечно. Она дочь правящего клана другого государства, и уже сидит на чемоданах, чтобы побыстрее убраться отсюда.
— И между ними ничего не было? — уточнил я очень важную для себя часть.
— Нет, похоже, что нет. — Подоров покачал головой.
— Это не просто козёл, это благородный козёл, — я ругнулся и ещё раз осмотрел верфи.






