ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прекрасно знают, — с тоской призналась Лорейн, усаживаясь за столик на летней террасе. По случаю осени и раннего часа она была упоительно пуста. Ветер увлеченно гонял туда-сюда сухой кленовый лист. — Думаю, о моих провалах на собеседованиях он узнает раньше меня. Лорейн открыла кожаную папку с меню. Чтобы сделать заказ, достаточно ткнуть в какую-нибудь аппетитную картинку. Например, вот эту, с кофе и маленьким миндальным пирожным. Желаемое материализовалось сразу же. Ветреный день наполнился теплым терпким запахом. Густая молочная пенка на кофе обещала нежно согреть и все удовольствия мира в одной чашке... Диана вдруг хмыкнула, разрушая магию момента и первого глотка. — А может, о твоих провалах на собеседованиях он знает даже раньше твоих возможных работодателей? — М? — Лорейн облизнула пенку с губы. Подруга просияла, щелкая пальцами. — А что, если твой отец заранее все приличные места предупредил работы тебе не давать и вообще гнать взашей, я имею в виду, домой? Это было вдвойне неприятное предположение: во-первых, не такое уж и безумное, как могло показаться, а во-вторых, из-за него великолепный свежемолотый кофе средней обжарки мгновенно потерял вкус... Лорейн отставила чашку и задумчиво покрутила на блюдце.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Только не отправляйте их с жареной уткой.

Она с сомнением подняла бровь и изогнула губы:

— Думаете, не долетит? А если кинуть?

— Думаю, перехватят по дороге, — очень серьезно поделился он опасениями и подозвал слугу. — Норд, подайте обед в Красную гостиную. Торжественного приема сегодня не будет.

— Как и похорон, — едва слышно шутливо добавила Лорейн, глядя на черные занавески. Потом посмотрела на Мориона. — По крайней мере, пока.

Отправив слугу исполнять приказ, он едва уловимым касанием к спине заставил Лорейн развернуться и повел в другую комнату. На ставшей ужасно чувствительной коже след от мимолетного движения пальцев покалывало.

— Мне кажется, не только мои слуги искусны в намеках. Это угроза?

— Дружеское предупреждение. Я устала от ваших туманных ответов на вопросы. Я ощущаю себя, как на канате с завязанными глазами. Общение с вами напоминает гадание на картах.

Потемневшие картины и занятные магические штучки мрачным великолепием украшали каждый уголок дома, и Лорейн сделала себе заметку, что с Мориона необходимо стрясти экскурсию по особняку. Не по всему, конечно.

Маленькая латунная горгулия, поддерживающая в лапах незажженный светильник, за которую зацепился ее взгляд, повернула им вслед уродливую голову.

— На картах?

— Да. Дорога дальняя, дом казенный. Подкидываете мне подсказки и ребусы, чтобы я сама разгадывала ваши коварные планы. Так с подельниками не работают.

— Может, я не могу удержаться от искушения наблюдать, как ловко вы находите ответы? И как ярко возмущаетесь, когда что-то не нравится.

— Может, вам еще и нравится, когда вас бьют? Только скажите, я с удовольствием ударю.

Он тихо рассмеялся, и этот смех знакомой патокой скользнул под кожу, волнуя нервы. Он ещё раз прикоснулся пальцами к ее спине, разворачивая к дверям, где узор на полотне напоминал черно-красную шелкографию с ползучими розами. Розы ползли змеями, прямо как в саду герцога. Лорейн ткнула в одну, и цветок ощерился сотней крошечных белых зубов, приведя ее в полнейший восторг. И все это — только потрясающая магическая резьба по дереву. Она даже ногтем царапнула.

— Дверь не отдам, это тоже своего рода ретро, — правильно оценил ее восторженное аханье Морион и подтолкнул Лорейн в комнату.

— Бессердечный тиран!

Красная гостиная была маленькая и... красная. В нескольких оттенках. Нашелся даже совпадающий с ее платьем.

К красоте интерьеров Лорейн уже успела немного привыкнуть, дом выдерживал единый роскошный стиль фанатично, как и его хозяин. По Мориону вот тоже издалека видно, что из светлого у него только простыни, рубашки и сверкающая улыбка. Так что, и гостиная не удивила праздной жизнерадостностью.

Но зато здесь сразу уютно зажегся камин, стоило перешагнуть порог, а еще обстановка не отбивала аппетит.