И то и другое у вас более чем хорошо… может, вы просто не хотите принимать участие в предстоящих гастролях?
— Это так заметно?
— Есть немного, — улыбнулся чекист. — Но позвольте узнать, почему?
— Чувствую себя героем водевиля.
— В какой-то мере так оно и есть. Впрочем, если не хотите, можете отказаться.
— Серьезно?
— Вполне. Свою часть договора вы исполнили. На Болховского вышли, нашего человека с ним свели. Кстати, Дмитрий очень хорошо о вас отзывался. Говорит, что очень серьёзно подошли к делу. Проверили легенду, дали исчерпывающую характеристику всем фигурантам. Не хотите поменять профессию?
— Предлагаете работать на ГПУ?
— А почему нет?
— Могу себе представить, — вспомнил один приключенческий фильм. — Шпионское гнездо под видом кабаре в самом фешенебельном районе Буэнос-Айреса! Пароль — шлимазл бессаме мучо!
— Прекрасная идея! — расхохотался Артур Христианович. — Ну, так что?
— Каждый должен заниматься своим делом, — покачал я головой. — Одни ловить врагов советской власти, другие играть музыку.
— Ладно. К этому разговору мы ещё вернемся. Но теперь надо определиться, будете вы работать дальше по Болховскому, или отойдете в сторону?
Глава 19
Нежданные встречи бывают разные. Иной раз не виделись, бог знает сколько лет, а как довелось, понимаешь, что твой знакомый ничуть не изменился. А случается, что времени прошло всего ничего, а перед тобой – другой человек!
— Ты всё-таки решил последовать моему совету, — без тени какой-либо эмоции на усталом лице заметила Целинская. — И приехал в Москву…
В Пятигорске она выглядела женщиной. Да, в возрасте, но ещё не растерявшей былой шарм, умеющей любить и радоваться жизни. Теперь же казалось, что передо мной какой-то бездушный механизм. И только в глазах иногда проявлялись отблески прежнего, но тут же гасли, как будто хозяйка не хотела себя выдать…
— Как видишь, — стараясь выглядеть как можно естественнее, отвечал я. — Кстати, у меня скоро большой концерт. Придешь?
— Нет.
— Жаль. У меня появились новые песни. Хотел узнать твоё мнение.
— Врешь ты всё, Семёнов! — на её губах впервые появилось что-то вроде усмешки.
— Ладно. Не хочешь идти на концерт, слушай здесь. В этом богоугодном заведении найдется гитара?
— Прекрати ломать комедию! И забудь всё, что между нами было, как сделала это я.
— Так ты рассказала обо мне Артузову, чтобы забыть?
— Радуйся, что не Агранову. Он, кстати, уже пенял мне. Творческая интеллигенция по его части. На самом деле, это случайно получилось. Шла разработка Болховского, и при этом всплыли ваши имена.
— Наши?
— Не притворяйся! Понял же, что речь о твоей Куницыной.
— Она не моя…
— Мне всё равно, можешь не оправдываться. Хотя, признаюсь, было забавно услышать, что тебя бросила певичка…
— Да уж, — хмыкнул я. — Распался наш дуэт.






