ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А почему ты весь изодран? И я, кстати, тоже… — Нас бандиты захватили. Товарища Лукина убили, остальных тоже. А Машу… Машу… все… сразу… Видимо последние воспоминания доконали мальчишку и он, уже не стесняясь, заревел, размазывая слезы по чумазому лицу. — Товарища Лукина, Машу, что за бред? — недоверчиво переспросил раненый. — Слушай, а я кто по-твоему? — Вы-вы, красноармеец демобилизованный, — сквозь всхлипывания ответил тот. — К нам случайно прибились, а фамилию я не помню! Хм. Демобилизованным мне быть приходилось. Лет двадцать назад. Правда, армия называлась не Красной, а Российской, но это ладно. Фамилию и имя я несмотря на гудящую после вчерашних событий голову помню точно. Николай Зотов. Родился и вырос я как раз в Спасове, это такой маленький городок на… короче, вы все равно про него раньше не слышали! Отучившись для начала в школе, а потому недоучившись в институте, я угодил в армию, где получил массу «полезных» навыков и намертво прикипевшую ко мне кличку «Лабух». Все дело в том, что я с детства любил музыку. Правда, не всякую, в чем очень скоро убедились родители, попытавшиеся отдать меня в музыкальную школу. Увы, ни Лист, ни Гайдн вместе с фортепиано с кларнетом не привлекли юного меломана. Но вот дворовые песни под гитару — это мое! Нет, на пианино я тоже немного могу и даже на аккордеоне, но главное, конечно, гитара! Именно она помогла мне пережить армию и все последующие годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Благо в стране объявили Новую Экономическую Политику, и новоявленные коммерсанты бросились открывать лавки, мастерские и разного рода закусочные.

Начал я, естественно, с самого фешенебельного и тут же столкнулся с жестокой реальностью. Демобилизованный красноармеец с руками рабочего-металлиста и без инструмента выглядел в глазах потенциальных работодателей по меньшей мере подозрительно.

— Чего тебе, убогий? — без обиняков спросил рослый купчина, как будто сошедший с картины какого-нибудь передвижника.

— Работу ищу.

— И чего ты умеешь?

— Я музыкант. Играю на гитаре, аккордеоне и немного на пианино. Песен много знаю…

— Ты себя в зеркале видел, артист?

— Дайте мне инструмент, и я покажу на что способен…

— Может тебе еще и ключ от моих кладовых дать? — издал утробный мешок хозяин заведения.

— Вы делаете самую большую ошибку в своей жизни, — сделал я последнюю попытку заинтересовать его, но тщетно…

— Федот! — немного повысил голос купчина и в ответ на его зов как из-под земли вырос звероватого вида мужик в красной рубахе, явно служивший в заведении вышибалой.

— Всего доброго, — правильно понял я расклад и поспешил откланяться.

Примерно такая же история повторилась и в других точках общепита. Судя по всему, вид мой не внушал им доверия. А кое-где имелись и свои музыканты, отнесшиеся к потенциальному конкуренту без малейшей симпатии. Единственной вакансией, предложенной мне, было стать половым в одном из самых задрипанных трактиров. Но от этой чести пришлось уклониться.

Ближе к вечеру у меня даже появилось нечто вроде легкого сожаления, что отказался от предложения Фельдмана. Хотя, если подумать, всё правильно сделал. Малый он может и не плохой, но наблюдательный, да ещё и немного параноик. И что он скажет, когда поймёт, что провоевавший в Первой Конной красноармеец не умеет держаться в седле, не знает устройства винтовки и вообще многого, что положено знать здешним аборигенам. Нет-нет, надо от таких как он держаться подальше!

— Дяденька! — отвлек меня от грустных размышлений детский голос.

— А?

— Дяденька, — повторил вихрастый мальчишка примерно десяти лет от роду в драной одежде, — помогите!

— Что случилось?

— Мамке моей худо. Помирает она…

Что бы вы сделали на моем месте? Вот и я, не думая ни о чём дурном, пошёл вслед за ним во двор, и тут же попал в засаду. Налетчиков было двое. Чуть пониже меня ростом, но крепкие, с какими-то острыми, почти крысиными чертами лица и злыми глазами.

— Стой, фраер! — просипел один из них, поигрывая ножом.

— Стою, — с готовностью отозвался, одновременно делая шаг назад.

— Гони лопатник! — потребовал второй.

— Как заведу, так непременно! — продолжил отступление, чувствуя, что еще немного и упрусь спиной в стену.