ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А почему ты весь изодран? И я, кстати, тоже… — Нас бандиты захватили. Товарища Лукина убили, остальных тоже. А Машу… Машу… все… сразу… Видимо последние воспоминания доконали мальчишку и он, уже не стесняясь, заревел, размазывая слезы по чумазому лицу. — Товарища Лукина, Машу, что за бред? — недоверчиво переспросил раненый. — Слушай, а я кто по-твоему? — Вы-вы, красноармеец демобилизованный, — сквозь всхлипывания ответил тот. — К нам случайно прибились, а фамилию я не помню! Хм. Демобилизованным мне быть приходилось. Лет двадцать назад. Правда, армия называлась не Красной, а Российской, но это ладно. Фамилию и имя я несмотря на гудящую после вчерашних событий голову помню точно. Николай Зотов. Родился и вырос я как раз в Спасове, это такой маленький городок на… короче, вы все равно про него раньше не слышали! Отучившись для начала в школе, а потому недоучившись в институте, я угодил в армию, где получил массу «полезных» навыков и намертво прикипевшую ко мне кличку «Лабух». Все дело в том, что я с детства любил музыку. Правда, не всякую, в чем очень скоро убедились родители, попытавшиеся отдать меня в музыкальную школу. Увы, ни Лист, ни Гайдн вместе с фортепиано с кларнетом не привлекли юного меломана. Но вот дворовые песни под гитару — это мое! Нет, на пианино я тоже немного могу и даже на аккордеоне, но главное, конечно, гитара! Именно она помогла мне пережить армию и все последующие годы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Точно говорю. Сам себя не помнит и какую-то ерунду постоянно говорит!

— Для контуженного он слишком складные речи ведет, — не поверил главарь, после чего уставился на меня пытливым взглядом. — Ну что, я тебе, мил человек, представился, теперь твоя очередь! Говори, кто таков?

— Зовут меня Николай Зотов и я — музыкант, — честно признался я, сразу решив, что врать себе дороже.

— А вот и неправда твоя, болезный, — ухмыльнулся тот, и достал из кармана свернутый вчетверо листок бумаги.

— Тута написано, — продолжил он, развернув документ, и начал читать по слогам. — Справка. Дана сия красноармейцу Николаю Семенову, что он есть боец Первой конной. Геройски сражался с беляками и немало порубал гадов, вследствие чего потерял здоровье и направляется для излечения по месту жительства. Подпись — командир эскадрона Максим Непейвода. Вот! И печать имеется.

— Так вот значит, какой у тебя мандат, — угрожающе прищурился главарь. — Отбрехаться думал? Шалишь, брат! Выводи его…

— Граждане уголовники, — растерялся я. — Стесняюсь спросить, а на этом с позволения сказать документе есть моя фотография? С чего вы вообще взяли, что он принадлежит мне? Да какой из меня красноармеец? Я и верхом скакать не умею и саблю в руках никогда не держал…

— Во заливает! — засмеялся моряк. — Да на тебе ж форма была кавалерийская…

— А если бы на мне был фрак, вы бы сказали, что я граф?

— Не, на графа ты не больно похож. Я их в свое время немало в расход пустил, навидался…

— Погоди, Нечай, — неожиданно вмешался помалкивающий до сих пор бандит, одетый в отличие от своих сообщников с некоторым изяществом. В костюм и рубашку с галстуком.

— Если он и впрямь музыкант, так испытай его!

— А зачем?

— После того, как Митьку подстрелили, хлопцам и сыграть некому. Пусть потешит народ, а в расход пустить мы его всегда успеем!

— Франт верно толкует! — неожиданно поддержал его бандит, которого я принял за матроса. — Пусть сыграет, а то тоска смертная!

Очевидно, они с Франтом имели вес в бандитском сообществе, поэтому Нечай не стал спорить и велел принести музыкальный инструмент. Хорошая новость была в том, что это оказалась гитара. Плохая в том, что семиструнная. Впрочем, мне приходилось играть и на такой, но главная засада заключалась отнюдь не в этом. Я уже понял, что оказался в прошлом и не в своем теле. И судя по всему, человек которому это тело принадлежало прежде, музыкантом не был. И как у меня получится сыграть непривычными к тому пальцами, я не знал…

— Ну что? — испытующе смотрели на меня бандиты. — Играй…

— Минутку, граждане, — попросил я, судорожно пытаясь настроить инструмент.

Качество его оставляло желать лучшего, к тому же в корпусе явно имелась трещина.