Пальцы сжались на костяной рукоятке ритуального ножа, и егерь вспомнил, что должен был сделать прямо сейчас.
Тело послушалось беспрекословно, и Илья легко соскочил с лежанки. В комнате, кроме уже знакомого орка, оказался какой-то худощавый и высокий мужик, который, очевидно, и был “аспидом”. Спускающиеся до плеч светлые, почти белые волосы не скрывали хоть и не длинных, но явственно заострённых ушей. На костистом узком лице с высокими скулами застыло выражение крайнего удивления.
За плечом остроухого высилось упомянутое орком “бревно”. Огромная, раза в полтора выше “аспида”, тварь походила на помесь человека и пня. Бочкообразное туловище, слоновьи ноги, маленькая приплюснутая голова – всё было покрыто толстой и морщинистой древесной корой. Одна рука напоминала корявую ветку с сучьями-когтями, другая – шипастое бревно. Маленькие глазки твари горели злым красным огнём. Попадёшь такой под руку – мало не покажется. Лучше даже не приближаться.
Всё это Илья успел отметить и осмыслить за доли секунды. На скорость мысли и внимательность никогда не жаловался, но сейчас все чувства странно обострились. А вот удивиться, как ему это удалось, времени уже не оставалось.
Ощущение полёта никуда не делось, и егерь рванулся вперёд, к “аспиду”. Тот как-то чересчур медленно тянулся к поясу, на котором висело нечто, напоминающее древний колесцовый пистолет.
Остроухий ещё только схватился за рукоятку, когда Илья оказался рядом. На груди “аспида” бледно полыхнул какой-то кулон, мигнула и погасла синеватая полусфера. Егерь проломился через неё как сквозь яичную скорлупу и, не мудрствуя лукаво, с маху приложил остроухого левой под дых.
“Аспид” захрипел и согнулся, а в следующий миг егерь схватил его за волосы и рывком развернул к себе спиной. Обсидиановый клинок прижался к тонкой бледной шее, и Илья, прикрываясь заложником, отшатнулся обратно к лежанке.
Тепло брата стало горячим, словно Илья вплотную приблизился к его источнику. Но где этот источник – разобрать не удалось. Да и само ощущение тёплого луча скользнуло где-то на краю восприятия.
Эйфория от переполняющей силы и лёгкости, чувство собственного могущества и струящийся по жилам огонь вытеснили все другие чувства. Кроме ярости и желания вскрыть ушастому глотку. И это желание егерь сдержал с огромным трудом.
Неповоротливое “бревно” тяжело шагнуло вперёд.
Илье захотелось чиркнуть ножом, отбросить убитого "аспида" в сторону, а потом схлестнуться с этим пугалом и разломать его в щепки голыми руками. Проблеск сознания позволил не совершить такой глупости и вернуться к изначальному плану.
– Останови его!!! – заорал Илья в ухо "аспиду", не узнав собственного голоса.






