Казалось, ей бешеная скачка по реке даже нравилась.
Илья же просто старался удержать верхом. Как он и подозревал, вскоре водяной конь перестал его поддерживать, оставив спасение утопающих самим утопающим.
Егерь изо всех сил цеплялся за мокрые водоросли. Оставалось лишь надеяться, что скачка закончится до того, как он сверзится в воду. С одной стороны, чем дольше она продлится, тем дальше они окажутся от морпехов. А с другой – плавать Илье больше не хотелось от слова совсем.
Наконец егерь приноровился к стремительно бегу кэльпи. Единственную мысль: “Держаться, держаться, держаться!” – начали теснить другие.
Во время боя подумать о том, что, собственно, происходит, как-то не удавалось. Всё больше о том, как уложить очередного противника и самому не получить лишних дырок в организме. А вот теперь неправильность происходящего навалилась во всей своей полноте.
Какого хрена? Почему орки напали на них? И ведь это не самодеятельность того берсерка, тут всё шире и глубже.
Сам берсерк Илью не удивил. Егерь ждал от него какой-нибудь гадости. Возможно, поэтому и остался жив.
"Жажда крови" без должного контроля изрядно бьёт по мозгам. Это Илья прочувствовал на собственном опыте. И пусть для него этот побочный эффект проявлялся только при работающем рисунке и, возможно, какое-то время после. Но вдруг у кого-то это и в обычной жизни потом вылезает на постоянной основе?
Да и в конце концов, дело могло быть вовсе не в “Жажде крови”. Можно просто быть настолько отморозком, чтоб из-за пустяковой ссоры в баре желать кому-то смерти. Такое Илья вполне допускал.
Но не целый полувзвод же вдруг воспылал к нему ненавистью? Значит, здесь есть какая-то серьёзная причина. И егерь очень хотел её узнать.
– Ивелисс! – окликнул Илья знахарку. – Если этот орк в зубах кэльпи ещё жив – хорошо бы его допросить.
Девушка долго молчала, и егерь задумался, услышала ли она его вообще.
– Я постараюсь что-нибудь придумать, – наконец отозвалась колдунья. Илье в её голосе послышалась досада. Как будто девушка уже знает решение, но оно ей не нравится.
Развивать эту мысль егерь не стал. В конце концов, знахарка в вопросах здоровья разбирается куда лучше него.
Вместо этого Илья снова начал прокручивать в голове возможные причины нападения орков. Думать мешали обида и ярость. За что?! Он ведь только начал считать орков своими. Надеялся на поддержку в поисках брата. А что теперь? Искать новый дом в незнакомом мире, не успев обжиться в старом? И почему?!
Нет, этого пленника он наизнанку вывернет, но выяснит, что за дерьмо вокруг него происходит. А не удастся – вернётся и поймает нового. Да хоть того драного берсерка отловит и выпотрошит. И плевать, чего это будет стоить – он доищется правды. Хотя бы выяснит, можно ли возвращаться в Ар’Хан.






