ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

А вот поведение главного браконьера вызывало у Ильи очень нехорошие подозрения. Весь какой-то дёрганый, переминается с ноги на ногу, карабин зажат в напряжённых руках. Того и гляди, выкинет какую-нибудь гадость. Закинулся, что ли, чем-то перед охотой? Вот же идиот… Ход мыслей Ильи прервал грубый окрик водителя-охранника: – Чего надо?! Вопрос был лишён всякого смысла. Вряд ли браконьер не разглядел нагрудный знак производственного охотинспектора. “Надо же, какой борзый” – про себя подивился егерь. От его взгляда не укрылось то, что телохранитель расстегнул длинную куртку. Наверняка под ней скрывалась кобура. Стрелок с карабином, судя по поведению, был куда менее предсказуем, зато охранник явно знал своё дело. Пришлось следить за обоими сразу, и Илья поудобнее перехватил карабин. Случись что, вскинуть его – меньше секунды. – Охотинспектор Барсуков, – представился он, остановившись в полутора десятках шагов. – Вы находитесь на территории частного охотхозяйства. И убили животное с нарушением Правил охоты и вне охотничьего сезона. – С хозяевами твоими порешаем, – попытался отбрехаться телохранитель, и Илья насторожился ещё больше. Неужели начальник настолько под веществами, что за него вынужден отвечать подчинённый?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Значит, я со своим мачете ей ничего бы не сделал?

– Может, и сделал бы, – пожал плечами орк. – Особенно если б ты использовал "Проклятое касание".

Шаман перехватил вопросительный взгляд ученика и пояснил:

– Рисунок, нейтрализующий магию. Тот, что тебе оживил мой сын, когда ты напал на полуэльфа. Тот, который погасил его защитный амулет. Один из самых сложных рисунков, как для нанесения, так и для использования. Не знаю, смог бы ты. Но сможешь. Я тебя научу.

– Спасибо, учитель.

– Это тебе спасибо, что не бросил. Хоть я тебе и запретил. Вовремя ты подоспел. Правда, я не знаю ни одного случая, чтоб с кайпорой справились без огня. И не советую тебе больше проверять.

– Сам не хочу! – егерь не удержался и спародировал акцент товарища Саахова из известной комедии. – Сила вот не помогла.

– А вот с этим рисунком будь поосторожнее, – перешёл на менторский тон орк. – "Жажда крови" – один из самых простых и частых рисунков, он есть почти у всех берсерков. Он даёт воину силу и скорость движений и реакции, укрепляет тело, чтобы берсерк сам себя не покалечил. Но этот рисунок – и один из самых коварных. Если плохо себя контролировать, можно дать волю ярости и подставиться, как ты сегодня. Или вовсе таких дел наворотить, что сам ужаснёшься. Потому я пока не давал тебе использовать этот рисунок. Контролю я тоже тебя научу.

– А что за огненные крылья? – задал новый вопрос Илья.

– Я призвал на помощь духов огня, – не стал вдаваться в подробности шаман. – Как я уже говорил, он лучше всего помогает при встрече с кайпорой.

Какое-то время они шли молча. Илья с трудом переставлял ноги, радуясь, что уже не требуется расчищать дорогу с помощью мачете. Шаман двигался пободрее, но тоже далеко не с той лёгкостью, с какой шёл к Огненному Сердцу. Наконец Гор'Ассади снова заговорил:

– Люди носят фамилии, орки – прозвища. Мы называем их вторым именем. Их дают старшие родственники на ритуале наречения, обычно – лет в двенадцать. У тебя здесь кровных родственников нет, и у твоего... – шаман чуть запнулся – предшественника тоже не было. Но мой сын назвал тебя братом, а значит, я тебе вместо отца. Отцом называться не могу – нужно уважать тех, кто подарил тебе жизнь.

Орк замолчал, и какое-то время они шли молча. Вновь шаман заговорил уже на подходе к дому.

– Конечно, у твоего предшественника было второе имя. Я растил его с малых лет. Но так как ты – не он, его второе имя тебе не подходит. И я дам тебе новое. В клане никто не удивится – ты ведь словно заново родился.

– Что есть, то есть, – согласился Илья. Вспомнил дикую боль в простреленной спине – и невольно поёжился.

– Второе имя равносильно первому. Ты должен будешь откликаться и на то, и на другое, Аг'Тар, – орк с нажимом произнёс последнее слово. – Не забудь.

– Не забуду, учитель.