ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иди отдыхай, — спустился вниз Шмелев, подходя к нам. — Ты должен полностью восстановиться перед поединком. — Бой сегодня вечером, — скептически посмотрел я на дядю. Я был в себе уверен, но чувство легкой тревоги все равно присутствовало. — Полностью восстановиться не получится. — Сейчас десять часов утра, а резерв у тебя истощился максимум процентов на десять. Иди домой и проведи оставшееся перед боем время в свое удовольствие, это пойдет тебе на пользу. Проследишь? — обратился он к Валерии, которая в это самое время подбирала свой тонкий клинок с пола. Оказавшись в ее руке, он засветился фиолетовым светом, растворившись в ее хрупкой ладони. Меня еще подобным фокусам не учили, бросив пока все силы на тренировку магии огня и физическую подготовку. — Конечно, — кивнула она, подходя ко мне и беря за руку. — Пойдем домой, будем проводить время в свое удовольствие, — проворковала она, выходя из зала. Никого уже рядом со входом не было, скорее всего, Егор всех разогнал, однако, направленные на нас взгляды я ощущал до самого выхода из академии. О том, что между мной и представителем князя Болиглавского состоится поединок не знал, наверное, только слепой и глухой, но прямо никто из студентов у меня ничего не спрашивал.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мне не стоит пока спрашивать, что тут произошло, и почему тут нет никого из лекарей кроме тебя?

— Нет, не стоит, — тихо ответил я, чувствуя, как магия огня и жизни начала восстанавливаться и заполнять почти иссякший источник.

Вместе с этим я увидел, как из разных точек вокруг меня начинают зажигаться подобные кристаллы, как у Петра, после чего нитей магии жизни стало гораздо больше, и все они подстраивались под мое изначальное плетение. Поддерживать заклинание стало заметно проще, поэтому, рискнув, я расширил зону действия зеленого тумана. Постепенно начал ощущать, что магия жизни начала наконец работать, излечивая легко раненных и стабилизируя находившихся на грани смерти людей. Точечно маги жизни с людьми в подобных ситуациях не работали, прибегая к стандартной практике массового исцеления. Может и зря, я бы направил несколько целителей провести элементарную сортировку, чтобы не тратить силы на легкие раны.

— Хорошо поработали, дальше мы сами, — раздался рядом голос Огурцова, и я смог разглядеть его, когда он приблизился ко мне практически вплотную. Он, увидев меня, немного удивился, после чего склонил голову в приветственном жесте. — Снимите заклятие, нам нужно самим оценить обстановку.

Я кивнул и встал на ноги, разрушая созданное мною сложное плетение. Туман быстро рассеялся и теперь можно было различить, что происходило вокруг. Шмелев, Совинский и Гюрзов стояли неподалеку, напряженно глядя в мою сторону. Рана дяди затянулась, но до полного излечения было еще далеко, точно также обстояли дела и с ногой Гюрзова. Боль мне, конечно, удалось убрать, но вот сам перелом таким образом срастить было практически невозможно. Слишком тонкая работа для грубого заклинания, как и излечить раны девочки, которая все еще находилась без сознания на руках у своей матери.

Один за другим на поляне начали появляться мои целители после яркой вспышки сработавших свитков перемещения. Последними на поляне появилась Валерия, которая с ужасом в глазах осматривала то, что осталось от парка. Вместе с ней вышел пожилой мужчина, в котором я узнал декана факультета артефакторики. Он сразу же подошел к Шмелеву, докладывая о проделанной работе.

— Я так за тебя переживала, — ко мне подлетела Лера. Ее щеки пылали, а глаза в темноте горели ярким сиреневым цветом. — Как ты мог броситься сюда один, заперев нас в академии в полной неизвестности, — прорычала она, но потом резко успокоилась. — Я чувствую знакомую ауру, — нахмурилась она. — Точно такую же, как тогда, во время моей инициации. Что тут произошло? — быстро взяла она себя в руки, напряженно вглядываясь мне в лицо.

— Я потом все объясню, ладно? — я покосился в сторону Шмелева. Девушка кивнула и обернулась, когда к нам вплотную подошел один из лекарей моей клиники.