ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иди отдыхай, — спустился вниз Шмелев, подходя к нам. — Ты должен полностью восстановиться перед поединком. — Бой сегодня вечером, — скептически посмотрел я на дядю. Я был в себе уверен, но чувство легкой тревоги все равно присутствовало. — Полностью восстановиться не получится. — Сейчас десять часов утра, а резерв у тебя истощился максимум процентов на десять. Иди домой и проведи оставшееся перед боем время в свое удовольствие, это пойдет тебе на пользу. Проследишь? — обратился он к Валерии, которая в это самое время подбирала свой тонкий клинок с пола. Оказавшись в ее руке, он засветился фиолетовым светом, растворившись в ее хрупкой ладони. Меня еще подобным фокусам не учили, бросив пока все силы на тренировку магии огня и физическую подготовку. — Конечно, — кивнула она, подходя ко мне и беря за руку. — Пойдем домой, будем проводить время в свое удовольствие, — проворковала она, выходя из зала. Никого уже рядом со входом не было, скорее всего, Егор всех разогнал, однако, направленные на нас взгляды я ощущал до самого выхода из академии. О том, что между мной и представителем князя Болиглавского состоится поединок не знал, наверное, только слепой и глухой, но прямо никто из студентов у меня ничего не спрашивал.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я действовал рационально в рамках сложившейся ситуации, — скривился Болиглавский, глядя прямо в глаза Сибирскому князю. — Тем более, здесь за все отвечаете именно вы, а я всего лишь приглашенный гость, попавший в смертельно опасную ситуацию.

— Возможно, над вами я власти и не имею, — тихо проговорил Тигров. — Но я добьюсь того, чтобы вы ответили за вашу трусость перед высшими чинами империи.

— У вас ничего не выйдет. Не спорю, вы стоите чуть выше по социальной лестнице, но к короне вы не приближены так, как я. Так что, не нужно бросаться голословными угрозами, ведь вы все равно будете всегда на месте проигравших, — оскалился московский князь, переводя взгляд на меня.

— Ну, служить непосредственно императору и лизать задницу Мышкину — это отнюдь не одинаковые условия, — покачал головой Шмелев, вставая рядом с Тигровым. — Лично я, как и все собравшиеся, будут утверждать, что вы повели себя не как представитель власти, который должен защищать земли империи от внешнего и внутреннего врага, а как трус и предатель.

— Можете делать и говорить все, что захотите, — рассмеялся Болиглавский в лицо Шмелеву. — Но никогда не стоит лаять на тех, кто выше вас, граф, запомните об этом. Значит так, наш поединок с бароном Мануловым был прерван, хотя никаких видимых причин для этого я все же как не находил, так и не нахожу. Я здесь, чтобы уточнить о месте и времени проведения следующего боя, с единственной оговоркой, чтобы больше нас никто не смел прерывать.

— Да как у тебя вообще язык поворачивается сейчас вспоминать об этом, — прорычал Тигров.

— Дело чести. В Москве мало кому будет интересно знать, что где-то там далеко случился какой-то незначимый прорыв, — развел он руки в стороны, чем уже вывел меня из себя. Таким не место среди высшего общества, если он свои собственные амбиции ставит выше безопасности империи. Если бы не золотое пламя дракона, я вообще не мог даже представить, что осталось бы от города и как бы далеко расползлись тени, пока портал был открыт. Наше счастье, что мы остались живы, а эта тварь, еще хуже, чем те, кто населяет изнанку, открыто смеется над случившейся бедой.

— Здесь и сейчас, — громко проговорил я, вставая напротив князя. — Называешь это делом чести, которую уже никаким поединком не отмыть? Тогда здесь и сейчас.

— Костя, — прошипел мне в ухо Шмелев. — Тебя в бою когда контузить успело? Тебе нужно, как минимум, набраться сил и отдохнуть.

— Не переживай, сил на пару-тройку ударов мне хватит, — отмахнулся я, не отворачиваясь от князя, который искренне улыбался и, прищурившись, с усмешкой смотрел мне в глаза.

— Да будет так, славно, больше не нужно будет отвлекаться на подобные мелочи, — хлопнул Болиглавский в ладоши. — От меня будет выступать…

— Осади коней, трус, — теперь уже усмехнулся я.