— Все хорошо, правда, — успокаивающе прошептал я ей на ухо, обнимая за плечи. — С тобой хочет что-то обсудить Манул.
— Он с тобой говорил? — вздрогнула она, отстраняясь.
— Именно поэтому я уверен в своих действиях, — кивнул я. — Он попросил, чтобы ты нашла место поукромнее, понятия не имею, что ему от тебя надо.
— Хорошо, — серьезно кивнула она. — Но с тобой после этого у нас состоится очень серьёзный разговор о твоем поведении, — угрожающе проговорила она, окончательно придя в себя, и вышла из кабинета, хлопнув дверью. Я только усмехнулся и прошел к столу, садясь в удобное кресло, вытаскивая из ножен клинок.
Это действительно был камень, как я и предполагал в самом начале. Но при ближайшем рассмотрении увидел едва заметные вкрапления на клинке изумрудного цвета, которые засияли, как только я пустил по лезвию обычное пламя. Кинжал тут же поглотил магию, становясь по ощущениям немного тяжелее, а рукоять теплее. Не думал, что когда-нибудь еще встречусь с макрами из тварей-паразитов, которых разводил на изнанке Сапсанов. А это становится любопытным.
Огненная аура покрыла мое тело. Рука снова онемела, но я тут же заметил, как черная сеть начала будто втягиваться в рану, освобождая руку от своего влияния. Магия жизни обтекала черные нити стороной, как бы я не направлял ее к центру раны. Ну что ж, попытаемся справиться и без нее. Достав из хранилища свой кинжал огня, я провел острым лезвием по ладони, вскрывая затянувшуюся коричневой коркой рану и выпуская из нее густую чёрную жидкость, что залила чуть ли не все свободное пространство стола.
К счастью, очищающее пламя без каких-либо проблем справилось с этой странной субстанцией, не оставляя и следа. Онемение в руке тут же прошло, но сеть, идущая по ходу сосудов, все еще находилась в теле, стараясь проникнуть в энергетические потоки. Выпущенное мной черное пламя только укрепило нити, делая их толще и ярче. Обычный огонь, как и ледяное пламя, прошли сквозь них, словно не встретив на своем пути ничего противоестественного.
Я откинулся на спинку кресла, на секунду задумавшись, после чего выматерился в голос. Очищающее пламя спокойно убрало эту гадость со стола, так, возможно, оно может справиться и с тем, что осталось внутри. Я направил серебристое пламя прямо к ране, едва сдерживаясь, чтобы не закричать, благо, физического урона мой собственный огонь мне не приносил. Резкая серебристая вспышка принесла с собой такую боль, что темнело в глазах. Но, когда я пришел в норму, то увидел совершенно здоровую конечность с затянувшимся свежим рубцом.
Уф, это было неприятно. Последствия такого жаркого эксперимента нужно будет внимательно изучить, но пока для этого времени особо не было.






