Бронгауз так никогда не делал! Выводить первой на контрольный прокат сильнейшую фигуристку группы было неразумным. Она могла задать высочайшую техническую и эмоциональную планку, которую остальным будет трудно преодолеть, и они могут посыпаться, увидев, что им никогда не достать до мастера группы. Первым всегда выступал слабейший фигурист в группе по неофициальному рейтингу. И в этом был резон. Даже все официальные соревнования следовали этим принципам — сначала катались слабые, постепенно поднимая планку результатов, а в конце, последними, претенденты на медали и топы.
Левковцев исходил из противоположной точки зрения, считая, что слабые фигуристы, увидев прокат таким, какой он должен быть, будут стремиться к нему. О спортивной психологии, да и в целом о психологии здесь имели слабое понятие, рассчитывая, что любой спортсмен способен преодолевать преграды, в том числе и эмоциональные, на морально-волевых качествах.
Громом зазвучала музыка из нескольких больших колонок, находившихся в углах арены. И вот наконец-то раскрылась тайна, под какую именно музыку будет кататься Марина Соколовская. И она совершенно естественна для советского времени! Это был отрывок из сюиты Свиридова «Время, вперёд!», которая была саундтреком к одноимённому советскому кинофильму. Под эту музыку обычно показывали, как проводились героические стройки века и совершались трудовые подвиги советского народа. Платье Марины изображало торжество советской науки и её апофеоз — торжество советской космической промышленности! Торжество современности над буржуазной царской темнотой и зашоренностью. В этом и был смысл короткой программы Марины Соколовской. Если она прокатает её сильно, на должном уровне и со всеми элементами, то безусловно, выиграет короткую программу! Судьи даже по идеологическим причинам не допустили бы, чтоб выиграл кто-то другой. Как же иначе? Чисто откатавшую спортсменку, исполнившую программу под главную мелодию советского телевидения, с которой начиналась программа «Время», засунуть под некоего ноунейма? Да тут вопрос даже политический выходит!
Арина раньше, естественно, слышала сюиту, и она показалась ей с весьма тонким смыслом. Широкой публике был знаком лишь последний, финальный отрезок сюиты, но у ней существовали и другие части, в которых использовались и уральские напевы, и русские частушки, где оркестр играет лубочную русскую народную, и фокстротная часть, и романтическая флейтовая «Ночь». Каталась под неё известная российская спортивная пара и даже собирала медали мировых чемпионатов, почему Арина и запомнила эту сильную, напористую мелодию.
Зазвучала громкая, тревожащая музыка «Времени», и Соколовская начала стремительный разбег по катку. Она явно заходила на стартовый каскад.






