ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Но как это соотносится со спортом? — недоумевающе спросил Левковцев. — Я считаю, это, наоборот, хорошо — иметь двух сильных фигуристок, в принципе готовых на многое, готовых соперничать друг с другом и тем самым подталкивать друг друга вверх. — У нас в школе не должно быть никакой борьбы и никакого соперничества! У нас что, буржуазное государство, где спорт смотрят исключительно из-за склонности к скандалам и мордобою? — возразил директор. — Не надо нам этого! Всё должно быть тихо и спокойно. В общем, так… Можно долго ходить вокруг да около, но скажу вам прямо: чемпионкой города должна стать Соколовская. Это не обсуждается! Всё. Идите. Как вы это сделаете, меня не волнует. Проявите свой профессионализм, в конце концов. — А что нам даст то, что Соколовская в третий раз станет чемпионкой города в юниорском разряде? — устало спросил Левковцев, вставая из-за стола. — Марина уже два раза отбиралась на областное первенство в статусе чемпионки города и не добивалась там ничего существенного. Её предел — вторая десятка областного чемпионата. Да. Она катается лучше всех здешних спортсменов. Но в области таких много. А она не продвинулась в прогрессе нисколько. За прошедший год Марина не продвинулась ни на шаг. Люда же за неделю показала значительную прибавку. А если так пойдет дальше? Она только выходит на пик формы. Скажу больше — вчера я видел, как она прыгнула тройной сальхов. Тройной! Единственная из младшей группы! А если поразмыслить, то и из старшей, учитывая, какие кракозябры

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Посмотрите: из всего города у меня двенадцать человек в старшем возрасте и десять в младшем. Это катастрофически мало, учитывая, что большинство из них воспринимают занятия фигурным катанием не как путь к спортивным вершинам, а как более продвинутую разновидность физкультуры. Это не плохо. Это хорошо, товарищи, что дети хотят расти здоровыми и сильными. Но о спортивных результатах здесь не может быть и речи. Тем не менее, не всё так плачевно. Временами попадаются уникумы. Возьмите Соколовскую, Хмельницкую, Барышникову. Можно подтянуть ещё девчонок. Жанна Авдеева переживает трудности, но работаем. Результата будет. Вырастить чемпионку — это долгий и трудный путь, товарищи, и мы его пройдём.

— Верим вам на слово, товарищ Левковцев! — строго сказал мужик из спорткомитета. — Больше вопросов нет.

— Значит, собрание закончено, все свободны! — заявил Каганцев. — А сейчас прошу остаться судей соревнований. Нам есть что обсудить.

Товарищи из горОНО и спорткомитета покинули актовый зал, громко загремев откидывающимися сиденьями, и остались сидеть только пятеро судей предстоящих стартов, три женщины и двое мужчин. Двое из них, в том числе старшая судья, приехали из Москвы и трое — из Свердловска.

— Давайте, товарищи, поговорим более детально о предстоящих стартах, — улыбнувшись, сказал Каганцев. — Но сначала затронем бытовые житейские вопросы. Как добрались? Как гостиница? Нормально расположились?

Командированные судьи, привыкшие к непритязательному сервису провинциальных гостиниц, уныло согласились, что да, мол, всё хорошо. Но могло быть и получше.

— Вот и прекрасно! — обрадовался Каганцев. — Давайте тогда более предметно поговорим о выступлениях наших спортсменов. Нам нужно знать, кто как выступил, какие неявные ошибки были совершены, чтобы товарищ Левковцев провел последние внушения воспитанникам перед стартами.

— Ну, собственно говоря, вы сами всё видели, — уверенно сказала старшая судья из Москвы, женщина лет пятидесяти. — Девочка, катавшая постановку на военную тему, безусловно, выиграла бы произвольную программу. У ней ошибок вообще нет. Чистое уверенное катание. Наша оценка была бы от пять семь до пять девять. Практически безукоризненно.

— А почему не шесть ноль? — напористо спросил директор. — Если так безукоризненно всё сделано?

— Такую оценку никогда не поставить юниору, — рассмеялась старшая судья. — Их мастерам-международникам то ставили считанные разы в истории фигурного катания. Уровень первенства не тот, чтобы такими результатами разбрасываться.

— Хорошо, — согласился директор. — Принято. А вторая девочка? Хмельницкая?

— Вы знаете… — задумалась судья. — Это очень странный случай на мой взгляд. Очень странный.