ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ниида Макото, входите, — прозвучал вызов. Ну вот. Сейчас моя судьба и решится. Последний шанс, после которого придется устраиваться на какую-нибудь простую работу, куда обычно берут только подростков. В ней нет ничего плохого, я сам подрабатывал в продуктовом магазине, когда учился в старшей школе. Но разве ради того, чтобы собирать продукты в супермаркете, я учился в университете и нарабатывал профессиональные навыки? Как же вышло, что мои способности бухгалтера и аналитика всем интересны меньше, чем то, сколько сантиметров составляет обхват моей талии? Раскланялись с худощавой женщиной лет приблизительно сорока, обладающей невероятно строгим взглядом. Она как будто лазерным дальномером считала мои габариты и сразу поставила вердикт «не годен». Но, к ее чести, Асагава-сан не выставила меня за дверь сразу же. Предложила присаживаться и начала двигаться по списку вопросов, ответы на которые должны определить, насколько я хорош в профессиональном плане. А я до крайности хорош. Дипломы, курсы, аттестаты, рекомендации. Моя собеседница явственно колебалась, произнося венчающую беседу фразу. — Ваши навыки вызывают уважение, Ниида-сан. Мы вам перезвоним, когда определимся с кандидатом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вчерашний лифт вознес нас на двадцатый этаж. В самое логово кадровой службы. Меньше, чем за сутки, тут ничего радикального не поменялось, надо полагать. Подъемник мелодично звякнул, извещая пассажиров о прибытии. Двери распахнулись и передо мной предстала Асагава Юзуки собственной персоной. Вот что же ей в кабинете не сиделось? И вот чего же это она к лифту для черни поперлась? Вот на таких случайностях самые лучшие планы и рушатся. У меня, правда, сейчас вообще никакой стратегии нет. С того момента, как вышел из автобуса, действую на полной импровизации.

В глазах женщины мелькнуло узнавание. Взгляд из просто строгого стал суровым. Нужно действовать на опережение! Встаю на одно колено, машинально отметив, что запачкал ткань на своих лучших брюках. Ничего, такую мелочь они переживут. А вот коленному суставу от нагрузки моего собственного веса, возможно, несладко придется. И он переживет.

Протягиваю букет двумя руками к ошеломленной Юзуки-сан.

— Асагава-сан, позвольте выразить вам благодарность за то, что вчера сразу не отмели мою кандидатуру, несмотря на некоторые мои недостатки, неспособные повлиять на мою работоспособность. Примите в благодарность этот букет, моё искреннее восхищение вашей красотой и приглашение на ужин, — судя по подтянутой фигуре и отсутствию кольца на пальце, можно сделать предварительный вывод о том, что Асагава-сан не замужем. Работа — вот ее верный спутник жизни и иных альтернатив нет. Будь я писаным красавцем, возможно, сейчас бы у нее по реестру потенциальных кандидатов в мужья прошел. Но я это я. На мою нелепую внешность и сорокалетние старые девы не купятся, какую бы харизму я сейчас не излучал. И откуда только она, харизма, взялась? Сам не понимаю.

— Вы зря надеетесь, что этот балаган улучшит ваши шансы как соискателя Ниида-сан, — взгляд бизнес-леди сейчас был таким холодным, что мог бы меня превратить в ледяную статую.

— Ни в коем случае, Асагава-сан. Я вас прошу, нет — я требую, чтобы вы оставили мои шансы прежними, как бы вы их вчера не оценили. Поклянитесь, что даже не заглянете в мое резюме и не будете мне помогать. Ну! Жду вашу клятву!

— Нахал! — и старший рекрутер прошла мимо меня в лифтовую кабинку. Рядом облегченно выдохнул Тодороки-кун.

— Ну ты даешь, приятель. Это же цучигумо. Говорят, она умеет взглядом человека парализовать, как самый настоящий паук-ёкай. Ты что, и правда к ней, а не к милашке Мияби-тан шел?

Какая глупость! Цучигумо такого не умеют. Никогда не интересовался сказками о ёкаях, но сейчас полностью уверен в этом.

Конечно, по всем законам подлости, красавица находилась поблизости и лицезрела сцену от начала и до конца. Не поднимаясь с колена повернулся в ее сторону.

— Красивая женщина, не мог не сделать этого жеста. Но мое сердце навеки отдано не ей.