ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ясно, — недовольно и вальяжно ответил Жук. — И что прикажете мне с этим делать? У меня есть с кем заниматься и с кем медали брать. — У вас есть, с кем брать олимпиаду 1988 года в женском одиночном? Победить Катарину Витт и Мидори Ито? Пройти через Элизабет Мэнли и Деби Томас? Взять золото? — голос Шеховцова стал железным. — Вы гарантируете партийному руководству, что привезёте золото из Канады, крайне недружественной к СССР страны? Я, товарищ Жук, не свои хотелки транслирую, а пожелание Центрального комитета партии. Поэтому будьте добры, сегодня же вечером вылетайте в командировку в Екатинск и посмотрите девушек в деле. Одну из них присмотрите в свою школу. Командировочные получите в кассе федерации. — Ясно, — ответил Жук, но в голосе его не чувствовалось ни почтения, ни желания куда-то ехать. — Разрешите исполнять? — Товарищ Жук! Прошу отнестись к этому поручению с максимальной ответственностью, — предупредил Шеховцов. — Иначе сами понимаете… Шеховцов положил трубку и задумался. Теперь ему и самому захотелось посмотреть, что там за местные уникумы нарисовались. Наверное, придётся и самому наведаться в Свердловск на областной чемпионат. Про пожелание партии при разговоре с Жуком он, конечно же, преувеличил, но сейчас вдруг понял, что позже оно может быть озвучено. Если не лично, то в разговоре наедине совершенно точно. И именно с таким содержанием, про которое он говорил Жуку. В руководстве страной могут задать вопрос — что может СССР привезти из Канады в женском одиночном? И

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вы знаете, Владислав Сергеевич, что вчера в нашей школе побывал Станислав Жук? — важно спросил Каганцев. — И был именно на тренировке вашей юниорской группы старшего возраста? Которую вы проводили с целиковыми прокатами соревновательных программ.

— Не знаю, — удивлённо ответил Левковцев. — Не видел. Занимался с детьми, потом происшествие с Хмельницкой. А зачем он приезжал?

— Его направила к нам Москва, а точнее, федерация фигурного катания. Для того, чтобы посмотреть, что у нас тут происходит. Из-за всем известных событий федерации пришлось менять регламент допуска на областной старт. Да, Владислав Сергеевич! Можете быть довольны! Хмельницкая получила официальную путёвку на область.

— Это, наверное, товарищ Ельцин посодействовал? — догадался Левковцев. — Однако, надо признать, это правильное решение.

— Правильное, — согласился Каганцев. — Однако партия смотрит глубже и дальше, как бы пафосно это ни звучало. Мне Жук сказал, что ему дали задание подготовить нашу фигуристку к Олимпиаде в Калгари.

— Что-о-о? — удивлённо протянул Левковцев и чуть не упал со стула. — При чём тут мы-то? Неужели в стране больше нет никого?

— В стране есть кому представлять СССР за рубежом, — пожал плечами директор. — Нет лишь той спортсменки, которая гарантированно может пройти через Катарину Витт и Мидори Ито. И партия дала Жуку задание — подготовить фигуристку, способную взять золото. По крайней мере, мне так сказал этот заслуженный тренер. Сам я в федерацию ещё не звонил. И звонить не собираюсь. Если меня не поставили в известность про это дело, значит, дело совершенно секретное и обсуждаться будет только кулуарно. Понимаете?

— Понимаю, — покачал головой Левковцев. — У меня заберут обеих учениц, которых я пестовал с раннего детства, и мы с вами останемся на бобах… Произойдёт то, чего вы не хотели и о чём меня предупреждали.

— А куда деваться, дорогой Владислав Сергеевич! — развёл руками Каганцев, встал со стула и стал прохаживаться по кабинету, жестикулируя руками и как будто разговаривая сам с собой. — Дело это государственное. Тут уже не до игры в папы-дочки. Интересы государства всегда должны быть на первом месте. Нам придётся отдать Жуку одну из учениц. Это говорилось ещё при Ельцине. Однако… Ельцин был против того, чтоб в Москву забрали Хмельницкую. И скорее всего, будет против того, чтоб забрали Соколовскую. Он хочет, чтобы обе девочки представляли Екатинск и Свердловск на стартах всех уровней.

— Одну забрали? — удивился Левковцев. — Вы ж говорили про обеих.

— Одну. И это будет Марина Соколовская. Потому что федерация хочет развести сильных спортсменов из одного клуба, чтобы больше не было проблем с судейством.

— Но стабильные тройные прыжки только у Хмельницкой, — осторожно сказал тренер.