ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ясно, — недовольно и вальяжно ответил Жук. — И что прикажете мне с этим делать? У меня есть с кем заниматься и с кем медали брать. — У вас есть, с кем брать олимпиаду 1988 года в женском одиночном? Победить Катарину Витт и Мидори Ито? Пройти через Элизабет Мэнли и Деби Томас? Взять золото? — голос Шеховцова стал железным. — Вы гарантируете партийному руководству, что привезёте золото из Канады, крайне недружественной к СССР страны? Я, товарищ Жук, не свои хотелки транслирую, а пожелание Центрального комитета партии. Поэтому будьте добры, сегодня же вечером вылетайте в командировку в Екатинск и посмотрите девушек в деле. Одну из них присмотрите в свою школу. Командировочные получите в кассе федерации. — Ясно, — ответил Жук, но в голосе его не чувствовалось ни почтения, ни желания куда-то ехать. — Разрешите исполнять? — Товарищ Жук! Прошу отнестись к этому поручению с максимальной ответственностью, — предупредил Шеховцов. — Иначе сами понимаете… Шеховцов положил трубку и задумался. Теперь ему и самому захотелось посмотреть, что там за местные уникумы нарисовались. Наверное, придётся и самому наведаться в Свердловск на областной чемпионат. Про пожелание партии при разговоре с Жуком он, конечно же, преувеличил, но сейчас вдруг понял, что позже оно может быть озвучено. Если не лично, то в разговоре наедине совершенно точно. И именно с таким содержанием, про которое он говорил Жуку. В руководстве страной могут задать вопрос — что может СССР привезти из Канады в женском одиночном? И

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако, тем не менее, танец узнаваем, обладает оригинальными движениями и позициями. И если вы заметили — все движения и позиции похожи друг на друга. Сделаны в одном ключе.

— А можно к конкретике? — недовольно спросила Смелова.

— А теперь давайте к конкретике, — согласился Железов, с усмешкой посмотрев на неё. — Каждый хореограф любит ставить танец со сменой ритма в музыкальном сопровождении, потому что эта смена здорово помогает сменить канву танца и задействовать движения другой интенсивности. От быстрого темпа перейти к медленному. Или наоборот. Или вообще сбросить темп, застыв в неподвижности и приняв эффектную позу. Вариантов и приёмов масса, но все они должны быть хоть чем-то похожи друг на друга и связаны в одно целое. Давайте начнём с горизонтальных движений головой и шеей. Потом постепенно включим в танец движения руками в этом же стиле. Потом включим ноги. И попробуем чередовать движения ног, рук и головы. При этом будем всё время смотреть на зрителя, чтобы не упустить танец и не разорвать его нить. Поехали!

Железов включил музыку на небольшой, но мощной магнитоле «Панасоник», стоявшей в углу. Заиграла музыка. Зарубежка. И ритм у неё практически не просматривался. Девушка-вокалистка томно пела в тон синтезатору, играющему атмосферное начало композиции.

— Делайте за мной! Смотрите на меня! Со счёта три! Раз, два, три! — скомандовал Железов, встал перед группой и расставил ноги в широких спортивных штанах чуть пошире плеч. Тут же сделал горизонтальные движения шеей и головой из стороны в сторону. Надо признать, хореографические движения он отрепетировал прекрасно. Тело оставалось абсолютно неподвижно, а голова, как у интересной игрушки, ходила туда-сюда, словно на шарнирах. Арина попробовала сделать так же и, к сожалению, заметила, что такого идеального движения у нее не получилось — тело двигалось вместе с шеей. Чтобы добиться нужного эффекта, требовались годы тренировок.

Потом Железов вытянул руки в стороны, и к движениям головой добавил движения вытянутыми руками из стороны в сторону, причём руки двигались в противоположную сторону от движений шеей. Потом темп музыки сменился, и Железов, развернувшись на 90 градусов вправо, стал делать движения, имитирующие ходьбу на месте, но голова при этом была повёрнута к воображаемому зрителю и продолжала совершать точно такие же движения, что и до этого. Руки одновременно исполняли нечто похожее на марш или кавказскую лезгинку.

Танец, сочинённый Железовым на коленке буквально за несколько минут, казался ультрамодерновым и производил впечатление настоящего произведения современного танцевального искусства.