ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ясно, — недовольно и вальяжно ответил Жук. — И что прикажете мне с этим делать? У меня есть с кем заниматься и с кем медали брать. — У вас есть, с кем брать олимпиаду 1988 года в женском одиночном? Победить Катарину Витт и Мидори Ито? Пройти через Элизабет Мэнли и Деби Томас? Взять золото? — голос Шеховцова стал железным. — Вы гарантируете партийному руководству, что привезёте золото из Канады, крайне недружественной к СССР страны? Я, товарищ Жук, не свои хотелки транслирую, а пожелание Центрального комитета партии. Поэтому будьте добры, сегодня же вечером вылетайте в командировку в Екатинск и посмотрите девушек в деле. Одну из них присмотрите в свою школу. Командировочные получите в кассе федерации. — Ясно, — ответил Жук, но в голосе его не чувствовалось ни почтения, ни желания куда-то ехать. — Разрешите исполнять? — Товарищ Жук! Прошу отнестись к этому поручению с максимальной ответственностью, — предупредил Шеховцов. — Иначе сами понимаете… Шеховцов положил трубку и задумался. Теперь ему и самому захотелось посмотреть, что там за местные уникумы нарисовались. Наверное, придётся и самому наведаться в Свердловск на областной чемпионат. Про пожелание партии при разговоре с Жуком он, конечно же, преувеличил, но сейчас вдруг понял, что позже оно может быть озвучено. Если не лично, то в разговоре наедине совершенно точно. И именно с таким содержанием, про которое он говорил Жуку. В руководстве страной могут задать вопрос — что может СССР привезти из Канады в женском одиночном? И

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Помочь могла только долгая целенаправленная работа. На каждой тренировке, на которой Арина пробовала тройной лутц, первый раз он не получался. Второй раз получался так себе. Третий раз получался прекрасно. Однако в прокате существовала лишь одна попытка. Поэтому приходилось долбиться о лёд, чтобы прыжок получался с первого раза.

— Давай попробуем ещё раз! — попросила Арина, вставая и потирая ушибленное колено.

— Ты как, нормально? — с тревогой спросил Егор. — Сильно болит?

— Не сильней, чем рука! — улыбнулась Арина. — Надо, Егор, надо…

Второй раз лутц получился намного лучше, правда, качнулась, но равновесие смогла удержать. Третий раз, как и ожидала, получился хорошо. С чётким приземлением, фиксацией прыжка и выездом. Усталости пока не чувствовалось.

— Сними с лонжи, — сказала Арина. — Буду прыгать без страховки. Три раза.

— Смотри, как знаешь, — пожал плечами Егор. — Если уверена, то делай.

Была ли Арина уверена, что сделает прыжок чисто? Конечно же, нет, это всегда лотерея. Но пробовать надо. Пробовать сначала с хорошего разбега, на хорошей скорости. Мощно разогналась, и прыжок получился с первого раза. Докрученный. Правда, приземление немного смазалось. Второй прыжок вышел идеально. Осталось только закрепить и сделать лутц с шагов. И тут Арина столкнулась опять с той же проблемой. С трёх шагов лутц получался недокрученный. Сейчас уже примерно на 90 градусов, на чирик. Выезд получался корявый, но это уже хоть что-то. С этим уже можно работать.

Почувствовав, что начинает уставать, Арина решила сделать передышку и села на лавочку рядом с Соколовской. Марина с интересом наблюдала за тренировкой Арины, и кажется, сделала кое-какие выводы.

— Буду тоже тренировать тройной лутц! — заявила она. — Только не сейчас, в межсезонье. Думаю, сальхова и тулупа для КМС должно хватить.

— У тебя сальхов хорошо получается! — заметила Арина.

— Да, и сейчас с нашими на целиковых прокатах я буду его прыгать… Без лонжи.

Мастера закончили тренировку и пошли в раздевалку, попрощавшись с сидевшими на скамейке девушками. Горинский послал шуточный воздушный поцелуй и покинул арену последним. Не успела закрыться дверь, как на каток, толкаясь и шумя, забежала родная группа старшего возраста.

— Ух ты! Здесь чемпионки сидят! — громко крикнула Анжелика, подбежала к Арине и Марине и обняла их за плечи. — Сейчас как прыгнем все тройные! Ура!

— Они-то прыгнут, вот только прыгнешь ли ты, Барышникова! — строго сказал вошедший следом за всеми Левковцев. — Разговорчики! Надевайте коньки и стройтесь в ряд.

Пока фигуристы готовились к ледовой тренировке, Левковцев подошёл к своим примам, сидевшим рядком и посматривавшим на эту привычную суету.