ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что Завьялова с ее приемами, что вдова Кантемирова — обе и без того собирают слухи. А стоило задать им вопрос, чтобы конкретизировать свой интерес, обе женщины принялись не только слушать гостей, но и вспоминать ранее не воспринятые всерьез сплетни. Конечно, многие женщины, желающие получить красоту и молодость, были готовы закладывать собственных мужей ради этого. Однако настолько грубо я действовать не стал. Во-первых, это было бы крайне неосмотрительно, возможно, даже губительно для их браков. Во-вторых, задавая вопросы лично, я бы однозначно привлек внимание чародея, который и накладывал проклятье. И не то чтобы я его боялся, но надеялся, что этот убийца магов способен доставить мне проблем, если узнает, что я под него копаю. Да и, откровенно говоря, так было интереснее. Обучение Антонины Владиславовны продолжалось, заканчивалась подготовка к открытию академии, заказы на артефакты сыпались, как из рога изобилия. И мне просто необходимо было иметь хоть какое-то развлечение. Став вхожим в высший свет Российской Империи, я быстро заскучал. А так у меня появилась идея, чем заняться на этих раутах, приемах, балах и посиделках. И, к сожалению, игнорировать мероприятия стало невозможно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Из Поднебесной?

— Провинция Хэй-лун-цзян, — по слогам прочел Даниил Игнатович. — Не знал, что у вас есть знакомые в Китае.

— У меня их и не было, — пожал плечами я, на всякий случай проверяя шкатулку самостоятельно. — Впрочем, сейчас узнаем, что от меня нужно этой Синьхуа Су.

Сургуч осыпался под моим воздействием, и я совершенно спокойно открыл крышку. Внутри лежали костяные пластины, однако сам материал явно был новоделом, с первого взгляда было заметно, что предметам никак не больше нескольких лет. Слишком хорошо они сохранились.

С помощью телекинеза я вытащил содержимое на столик и, заглянув в шкатулку, чтобы убедиться, что ничего внутри не осталось, захлопнул крышку. Демин не приближался, так и оставшись стоять у двери, но я почти физически ощущал его нетерпение и любопытство.

Первая кость имела на себе несколько иероглфиов, которые мне были знакомы.

— Древнекитайский, — усмехнулся я.

Помнится, один гримуар из китайского могильника я не так давно уничтожил. Но то был мощный артефакт, а здесь не имеющие никакого зачарования вещицы. Книгой такое изделие не назовешь, уж точно. Хотя, конечно, подобная манера сохранения и передачи знаний в свое время заменяли именно книги.

— Вы понимаете, что здесь написано? — удивился Демин.

— Понятия не имею, — пожал плечами я. — Но раз мне отправили эту штуку, подозреваю, придется разобраться.

В конце концов, чем еще заниматься по вечерам после занятий? Впрочем, взяв в руки телефон, я направил камеру на иероглифы и запустил автоматический переводчик. Программа, созданная нашими умельцами, прожевала текст и начала обработку информации.

— Совершенные артефакты, — озвучил я, после чего повернулся к начальнику безопасности. — Даниил Игнатович, найдите мне эту Синьхуа Су. Кажется, у меня будет несколько тем для разговора с ней.

Потому как если я не совсем дурак, то передо мной — книга о тех самых древних родовых артефактах, как держава. И что-то мне подсказывает, на этих костяшках записаны не столько описания, сколько механизм их создания.

А значит, совсем скоро на древнекитайском я смогу читать так же бегло, как на русском.

Берлин, кабинет кайзера в рейхстаге.

Перед монархом стояла чашка с уже почти остывшим чаем. Сам он был мужчиной уже не молодым, но и не старым. Даже волосы седеть не начали, однако глаза и сетка морщин вокруг них выдавали не только опыт, но и минувшие годы.

— Ваше величество, мы изучили все сохранившиеся документы по лаборатории, — начал доклад подчиненный, кладя на столешницу кайзера папку с гербом о наивысшей секретности. — Дольф Крюгер, судя по всему, стряхнул пыль с родовых книг и решил использовать Польшу в качестве испытательного полигона имевшихся в старых записях заклинаний.