Во-первых это был бы лютый грех гордыни, как попы говорят, а во-вторых надо признать, что и плохого в жизни я совершил немало. Так что не смотря на всё хорошее, что было мной сделано, я резонно опасался ада и бригады чертей-трудоголиков. Если верить библии, то рогатые — это падшие ангелы, а нас, людей, они ох как не любят, так что заниматься садизмом им в кайф. Но чего я не ожидал, так это того, что в жизни после смерти меня заставят работать, как и в прошлый раз!
Нет, начиналось всё в целом неплохо, младенца никто пинками добывать хлеб насущный не гнал, можно было расслабиться, а заодно пройти все эти стадии с гневом, отрицанием торгом, смирением и даже возрадоваться новой жизни. В конце концов жди меня после смерти только кладбищенские черви, было бы хуже. Однако потом я слегка подрос, научился ходить и говорить. А затем изучил мир вокруг и осознал, что нахожусь в вполне себе натуральном средневековье. По началу была надежда, что я переродился у каких-то сектантов-реконструкторов, однако быстро пришлось признать факты. Отец мой, Йоран Каллессон, был кузнецом в небольшом посёлке Ландсби на берегу фьорда среди тёмно-серых скал. И его смело можно было назвать самым технически грамотным человеком в округе имеющим самое технологически развитое производство. К нему даже люди ярлов захаживали, заказывая мечи, топоры, наконечники копий и стрел, кольчуги, шлемы и прочую воинскую сброю. А это, скажу я вам, показатель. Ополченцы могут довольствоваться поделками обычных деревенских кузнецов, хирдманы, то есть дружинники ярлов, являются профессиональными воинами, так что снаряжение у них отличается от того, что имеют мирные бонды примерно так же, как пулемёт от охотничьей двухстволки. Да и имя с отчеством у папаши были показательными, Йоран значит Дар Вождя, а Калле, имя моего деда, значит Горячий. Как не трудно догадаться мой предок относился к семье потомственных кузнецов, ну а папаше повезло родиться в день, когда к нему за клинком пришёл сам ярл Кристер Кьярвальссон, что было сочтено знаком. И возможно поводом раскрутить «Надёжного, сына Спокойного Кита» на несколько большее количество золота за заказ или какой-нибудь подарок.
У меня же с именем получилось всё одновременно проще и сложнее. Звали меня Альвгейр Йоранссон, «Эльфийское Копьё, сын Дара Вождя». Слово «альв» на местном наречии, подозрительно напоминающем мне не то датский, не то норвежский язык, значило «эльф». И уши у меня были действительно заострёнными, что явно указывало на кровь долгоживущего народа, а телосложение несколько более субтильным, чем у сверстников. Похоже таким я и родился, более тощим, чем положено быть младенцу. То есть получился эльфёныш стройный аки копьё.






