ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спасибо! Постараюсь и сделаю всё возможное! До свиданья! — Арина помахала рукой водителю и закинула на плечо здоровенную спортивную сумку. У автобуса уже стояли все. Левковцев, Горинский, Савосин, Соколовская, Муравьёва. С ними какие-то взрослые, наверное, родители. Среди них Арина узнала только Соколовского. Однако, на удивление Арины, её родители знали всех взрослых! И при здравом размышлении это было естественным — они ж уже с десяток лет вместе приходили на родительские собрания, обговаривали вопросы сборов и летнего отдыха. Во всяком случае, отец Арины за руку поздоровался со всеми, в том числе и с фигуристами, мама ограничилась застенчивым «Здрасти» и милой улыбкой. — Так, ну что… Все в сборе… — Левковцев посмотрел на часы. — Время 10 часов. Дорогие товарищи родители, как вы знаете, мы уезжаем в Свердловск. Приедем через девять дней. Пожелайте вашим детям удачи. Всё будет хорошо. — Неделя? А почему так долго? — спросила Дарья Леонидовна. — В чемпионате участвуют и юниоры, и взрослые, — объяснил Левковцев. — А ещё парники и танцоры. Пока чемпионат полностью не закончится, мы не имеем права уезжать, так как после него, возможно, будет небольшой...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Через несколько минут, когда, когда Арина начала раскатку, Шеховцов всё пристальнее смотрел на неё, потом привстал, стараясь всё увидеть как можно лучше. Тарасова, дородная женщина средних лет тоже внимательно смотрела на разминку Арины, словно оценивая её.

— Первый раз такое вижу, — наконец откинулась она в кресле.

— Что? Что значит первый раз? — недоумённо спросил Шеховцов. — Она катается чисто и аккуратно, это я вижу. Мастерски катается. Но от Соколовской или Малининой её прокат я бы не отличил.

— Мы рассматриваем прокат этой девочки с точки зрения техники, — медленно сказала Тарасова. — Техника у неё безупречна, и она катается на хорошей скорости. Однако не это главное. Самое удивительное я вижу с точки зрения хореографии. Вот, обратите внимание — она как будто балерина на льду. У неё хореографическая подготовка, вы знаете… Пожалуй что… Лучшая в стране. Я как старая поклонница балета могу вам это гарантировать. Она как минимум несколько лет работала с каким-то талантливым и очень известным балетмейстером или хореографом. Она… Она постоянно в образе, постоянно что-то через неё проходит, какие-то смутные отголоски её программ. Это удивительно. Я это вижу.

— Ну… Может быть, это только кажется вам, как натуре артистичной и поклоннице высокой хореографии, — заметил Щеховцов. — Возможно, это просто ваши фантазии, Татьяна Петровна. А вы что скажете, Алла Ивановна?

— Я не сильна в танцах и балете на льду, — осторожно заметила Писеева. — То, что у девочки огромный талант, это очевидно. Но позвольте, товарищи… Она только в самом начале карьеры, о чём тут можно говорить? Насчёт высокой хореографии… В наше время медведей в цирке на льду учат кататься. Или на мотоциклах по арене. А здесь, перед нами живой человек. Пытливый живой ум, интерес к своему делу творят чудеса. Не вижу ничего удивительного. Было бы странно, если бы спортсмен от старта к старту не прогрессировал, а деградировал. Хмельницкая начала прогресс с хорошей позиции. У неё хорошее телосложение, пусть и с высоковатым ростом, она красива, спортивна, артистична, хореографична… Я вижу много плюсов, а минусов — ни одного. Почему вас поражает её талант? Было бы удивительно, если все эти показатели рано или поздно не сошлись в одном месте и в одно время.

— Естественно, вы правы, уважаемая Алла Ивановна! — улыбнулся Шеховцов. — Мы радоваться должны, что у нас в стране такие спортсменки есть. А что это???

Арина в это время начала мощно разгоняться и прыгнула каскад тройной лутц-двойной тулуп. Сделала прекрасно, с хорошим выездом.

— Это чудо! — прошептала Тарасова. — Нет… Вы посмотрите! Вы только посмотрите! По этому прыжку пособия снимать можно по фигурному катанию на коньках.

— Вот видите! Я вам говорила! — торжествующе заявила Писеева.