ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спасибо! Постараюсь и сделаю всё возможное! До свиданья! — Арина помахала рукой водителю и закинула на плечо здоровенную спортивную сумку. У автобуса уже стояли все. Левковцев, Горинский, Савосин, Соколовская, Муравьёва. С ними какие-то взрослые, наверное, родители. Среди них Арина узнала только Соколовского. Однако, на удивление Арины, её родители знали всех взрослых! И при здравом размышлении это было естественным — они ж уже с десяток лет вместе приходили на родительские собрания, обговаривали вопросы сборов и летнего отдыха. Во всяком случае, отец Арины за руку поздоровался со всеми, в том числе и с фигуристами, мама ограничилась застенчивым «Здрасти» и милой улыбкой. — Так, ну что… Все в сборе… — Левковцев посмотрел на часы. — Время 10 часов. Дорогие товарищи родители, как вы знаете, мы уезжаем в Свердловск. Приедем через девять дней. Пожелайте вашим детям удачи. Всё будет хорошо. — Неделя? А почему так долго? — спросила Дарья Леонидовна. — В чемпионате участвуют и юниоры, и взрослые, — объяснил Левковцев. — А ещё парники и танцоры. Пока чемпионат полностью не закончится, мы не имеем права уезжать, так как после него, возможно, будет небольшой...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь же звание секретаря Центрального комитета партии и кандидата в члены Политбюро сулило общение с народом только с трибуны мавзолея Ленина на Красной площади в толпе таких же функционеров. Да и то стоял бы не в первом ряду, а за спиной Лигачёва.

Зачем он летит в Свердловск? Этот вопрос Ельцин неоднократно задавал самому себе. Пыл, с которым он включился в разборки екатинских фигуристов, уже миновал, но осталась привычка инспектировать и проверять, как люди выполнили его поручения. Значит, сейчас он всё делает правильно. Советские руководители всегда принимали участие в судьбе понравившихся им деятелей культуры и спорта. Ельцин решил просто — вырастить свою чемпионку, пусть даже в пику Москве. Ткнуть их всех носом, что и на Урале есть люди. И сделать это, невзирая ни на что, ни на какие предстоящие расходы.

С этими мыслями довольный Ельцин задремал и проснулся только от объявления бортпроводника, что борт номер три приземляется в аэропорту города Свердловска. На оцепленной сотрудниками КГБ взлётно-посадочной полосе встречали, как и раньше, Петров и Корнилов. Петров в костюме, чёрном пальто и в шляпе-федоре. Корнилов в зимнем генеральском пальто и генеральской папахе.

— Уж извини, Борис Николаич, без цветов и хлеба с солью! — развёл руками Корнилов. — Визит рабочий, поэтому решили обойтись без формальностей.

— Правильно сделали! — уверенно ответил Ельцин и оглядевшись добавил:

— А у вас прохладненько тут.

— Не жарко, — согласился Корнилов, и первым подойдя к Ельцину, словно для рукопожатия, добавил чуть слышно, склонившись к уху:

— Под тебя копает кто-то в Москве.

Ельцин рассмеялся и пожал руку генералу, ничего не ответив. Но видно, что насторожился…

… Прыжковая тренировка Соколовской тоже понравилась многим. Тройные тулупы и сальховы считались уровнем выше среднего, поэтому и Марина поймала свою часть аплодисментов. Зоя ожидаемо отпрыгала средненько, от волнения и непривычной обстановки забыв всё, чему учила её Арина. Вернулись опять недокруты и досадные падения. Однако Левковцев проблему эту знал, как и то, что вызвана она психологией.

— Зоя! Успокойся! Остынь! Сядь, отдохни с Людой, — крикнул Левковцев. — Марина, и ты понемногу закругляйся — на сегодня хватит. Сейчас парни распрыгаются, и поедем обратно.

У парней всё произошло с точностью наоборот — Горинский опять сбавил обороты, завалив два прыжка, а Савосин наоборот, хоть и корявенько, почти без выездов, но сделал всё, что надо.

— Артур! Всё! Тренировка закончена! — крикнул Левковцев, видя, что у парня многое не получается — переволновался, что ли.

— Тьфу! — Горинский в злобе плюнул на лёд, на мгновение потеряв над собой контроль. Савосин подкатил со спокойным, даже бесстрастным выражением лица и молча стал надевать чехлы на лезвия.