ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Манера разговаривать вслух быстро приходила ко всем, кто тут дежурил. Одиночество — оно такое… Не успел Фред вновь погрузиться в сон, как звук повторился. — Да твою мать, — вздрогнул он, вновь глядя по сторонам. — Наверное, опять что-то на крыше… Было такое месяц или два назад — ветер раскачал вентиляционные короба. Некоторые даже грохнулись на землю… К своему сожалению, Тиллман не в первый раз попадал на «точку пять», хоть в гробу он ее видел. Но победить любовь к травке все так же не получалось — а у офицеров нюх, как у сторожевой собаки… Следующий лязг сержант встретил гневным рыком: — Майлз, ты, отрыжка беременной макаки?! А кто бы еще мог так бесить Тиллмана? Центр города считался условно безопасным местом — тут никто не жил, а значит и зверью жрать было нечего. Плюс запах бензина, пороха и стали, который не выветрился и за пару лет — даже неразумная скотина старалась обходить квартал стороной. Местным бандам доступно объяснили не соваться, те тоже не лезли. Да и какая тут прибыль? Все ценное, что тут можно найти, было в руках солдат — оружие, патроны, форма, консервы — но за убийство и грабеж свои же поймают, кожу с рук снимут, чтобы завязать руки бантиком и сдать армейским. Иначе каратели церемониться не будут — расследования проводятся в два счета, когда пытки разрешены, а попутный ущерб только приветствуется…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подгадав момент, я открыл затвор двери и пнул ее ногами от себя. Раскрывшаяся дверь врезалась в металл и остановила движение, разломавшись и повиснув на нижней петле.

— Он же упадет! — Охнула блонди.

Веревку тут же прекратили раскачивать. Но это вы, кстати, зря.

Посмотрев вперед — мы ехали по длинной прямой — я вцепился в перекладину над дверью, оперся ногой за проушину на корпусе и, приподнявшись, ухватился за веревку. И уже сам полез наверх, подтягиваясь на руках и помогая себе ногами.

Соседки сверху, казалось, смотрели на это с интересом. Никак не мешали, пока до окна осталось совсем чуть — а потом я вытащил пистолет, притороченный за брюки сзади, и направил в симпатичные лица.

— Два шага назад, обе.

— О нет, мистер сержант! — Театрально схватилась брюнетка за голову. — Все, мы доигралась, нас огреют ремнем!

— Но у него нет ремня! — Вторила ей блондинка.

— Тогда он отходит тебя ладошкой по твоей симпатичной розовой попке!

— Эм. Женщины. — Привлек я их внимание.

— Он назвал нас «женщины»! Какое хамло!

— А казался таким милым.

Повезло же, м-мать, с соседями…

— Давайте добром — обе на два шага назад. Я ж вам сейчас прически испорчу. — Прицелился я чуть выше.

— Кстати, может, — забеспокоилась блондинка, обняв подругу за руку.

— Пусть тогда заходит, — тонко улыбнулась брюнетка.

Обе посторонились, и я в пару движений влез в широкое окошко, контролируя отошедших

С виду — обычный вагон «купе». Справа и слева два лежачих места. Под ними — нагромождение из сумок. Еще два лежачих места пристегнуты к стенам. Имелся и столик — в сложенном виде прямо под окошком. Даже украшательство стен присутствовало — обили зеленоватым сукном, приятным на ощупь. Тесновато, но по сравнению с клеткой — действительно «люкс».

— Вы чего докопались, подруги? — попытался определить, сколько в их поступках умысла, а сколько — дури.

— Познакомиться хотели, — кокетливо порозовела блондинка, уже спокойно усевшаяся на свою койку.

Брюнетка села напротив. Направленный на них пистолет, казалось, не смущал ни одну из них.

— Я себе чуть язык не откусил, нормально бы познакомились.

— Ты сам виноват, нечего было смешить, — хмыкнула брюнетка. — Пистолетик-то убери.

— Допустим, познакомились.

— Я Марла! — Воскликнула блондинка. — А вот она — Агнес.

— Генри. — Коротко кивнул я. — До следующей остановки сижу тут. Ремонт клетки за ваш счет, потом займу другую.

— Зачем, зачем уходить! — Молитвенно сложила Марла руки у груди. — И разве это знакомство?

— Слушайте, — поморщился я. — Давайте разойдемся бортами и забудем. Мне выходить на объездной.

— А дальше куда, солдатик? — С интересом спросила Агнес. — Убил сержанта, завладел оружием и формой. Думаешь, далеко убежишь?

— Я никого не убивал.

— Мальчик, тебе до сержантских нашивок годика два-три.