ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Так сам ведаешь, государь, что он едва не сбежал, — начал оправдываться князь. — И ведь верёвку заранее в спальне приготовил. Хорошо, что мы после бегства Федьки и за окнами приглядывать начали. Эх, знать бы ещё, что за тать Гришке о готовящемся перевороте донёс. Не зря он попытался всех, кто с нами в сговоре состоял, в разные стороны с поручениями разослать. — Это да, — согласился с ним царь. — О заговоре Гришка знал. Хорошо, что он среди стрельцов сторонников искать начал да Луку Алексича на свою сторону перетянуть попробовал. Если б тот не упредил… — сделал он выразительную паузу. — И так на три дня раньше чем задумывалось, людишек поднимать пришлось. — Тут ещё есть докука, государь, — вновь замялся боярин. — Что ещё случилось?! — сверкнул глазами Василий. — Мало нам бунтовщиков, что к Москве подходят?! Ну?! Говори! — Фёдор Годунов не сгинул, — скривил губы воевода. — В войске Болотникова под чужой личиной прячется. — Откуда знаешь? — Человечек мне верный его видел. Он сотником в тысяче Грязного служит. — Грязной тоже к Болотникову примкнул? — А куда ещё старику деваться? Гришка его не приветил, ты тоже в Москву не позвал.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И у него руки войной с Болотниковым не связаны.

— Ещё один оживший покойник, — отец Барц скривился, не скрывая своего отвращения. — Похоже у этих еретиков входит в обычай, воскрешать своих царей.

— Это настоящий Годунов, — хмыкнул из-за стола Сигизмунд, с интересом наблюдая за перепалкой иезуита с канцлером. — Царь Фёдор, как мне доносят, сумел как-то выжить.

— Всё равно его место в могиле, — вынес вердикт иезуит. — Это лето Годунов не переживёт. Я ручаюсь в этом, ваше величество. Ну, а вы, со своей стороны всё же должны помочь новому претенденту на московский трон. Не открыто, ваше величество, — поспешил успокоить короля отец Барч. — Просто разрешите царьку набирать в Польше охотников в своё войско. Кто знает, может к нему примкнут и многие из мятежников? Хватит им бунтовать против своего короля. В Московии от них будет больше пользы. И ещё, — решил выложить свой главный козырь монах. — О том же тебя, сын мой, смиренно просит святой престол, — все трое при упоминании наместника Господа синхронно перекрестились. — Там денно и нощно молятся о ниспослании успеха и благославляют на борьбу с еретиками.

— Хорошо, — последний довод духовника окончательно убедил Сигизмунда. «Просьба» папы римского была равносильна приказу. И раз уж с него не требуют ни прямого участия, ни денег, то почему бы и не помочь одному из авантюристов, претендующему на трон? Глядишь, и самому удастся урвать кусок в раздираемой междуусобицей стране. — Пусть этот новый царёк собирает людей. И требуйте с него за нашу помощь как можно больше, — развернулся он к Сапеге. Может, тогда, мы хоть что-то получим.

— Будет исполнено, ваше величество, — обозначив лёгкий поклон королю, канцлер вышел из кабинета.