ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

До меня тут дошли слухи, что его благородие Иван Владимирович для своей невесты организовал лучших портных, чтобы платье свадебное сшили, — произнесла одна из девиц, собравшихся на вечере у вдовы Кантемировой. — Даже интересно, что получится в результате. — Свадьба — это дело хорошее, — заметила другая. — А мне папенька сказал, патриарх лично венчать их станет. От государя уже распоряжение вышло — провести обряд в Василия Блаженного. — И немудрено! — вставила первая. — Моров столько для страны сделал. Его в церквях на каждой молитве упоминают, благодарят за его исцеляющие артефакты. — Вот бы приглашение получить на свадьбу, — вздохнула молчавшая до этого девица. — Сам Иван Владимирович, конечно, женится, и ему глазки уже не построишь, но там же будет полно потенциальных женихов не из последних. — Кстати, об этом, — заговорила первая. — Как думаете, Большаковых позовут? — Кристина Гордеевна вряд ли согласится. Все-таки она так страдала по Ивану Владимировичу, будет просто неприятно на нее смотреть, если осмелится прийти. — Сама виновата, что упустила свой шанс! — Зато с Моргуновым она счастлива, — заметила молчунья. — А с Моровым посмотрите, что в последнее время происходит. Если не война, так похищение невесты. Он ведь столько народа перебил, чтобы врагов запугать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В конце концов, если мне потребуется уничтожать людей массово, я всегда могу обратиться к молниям, которые показал во время штурма Стамбула. Но, разумеется, это никак не мешает мне теоретизировать на эту тему.

Адам Чолек, помнится, велел мне убираться, когда я попытался войти с ним в контакт. Но это можно обойти, если подходить к вопросу куда серьезнее. В прошлый раз я действовал грубо и просто «потыкал в него палочкой», чтобы убедиться, что внутри действительно заперто сознание живого человека.

Теперь, когда мне доставят и кристалл, и знания Мастерса, я уверен, что мы сможем поговорить с Адамом Чолеком так, как того хочется мне. И на этот раз я уже не позволю замшелому деду командовать.

В конце концов, я Верховный маг Империи людей. Кто, если не я?

Южная Америка.

Александр Иероним Мастерс отложил телефон в сторону и поднялся со своего кресла. Верный слуга ждал за дверью и был готов исполнить любой приказ, и можно было сменить тело, имя, снова спрятаться…

Но это ничего бы не изменило. Моров был совершенно прав: не сегодня, так через полгода, он добьется своего, и все достижения Чолеков, так или иначе, окажутся у него в руках. Так стоит ли ради этого промедления рисковать собственной жизнью и положением?

Свой урок Валтасар уже усвоил. Иван Владимирович Моров действительно сильнейший чародей на Земле. Возможно, сильнейший за все время существования магии.

Если разобраться, то первые Чолеки всего лишь случайно нащупали лазейку, которая позволяла им прожить гораздо дольше, чем другим. А Моров создавал новые чары походя, как будто даже не задумываясь. И какой смысл спорить с гением?

Тем более все потайные базы даже ему не обнаружить, как и не отследить все тела и личности, заготовленные на черный день. А значит, и сбежать можно будет попытаться, когда появится реальная, а не мнимая угроза существования.

— Что прикажете, господин? — спросил доверенный подчиненный, когда Александр Иероним вышел из своего кабинета.

— Возьми копии планов нашей лаборатории, — велел американский бизнесмен. — Сделай копию и доставь ее князю Царьградскому. Передать только лично в руки, он предупрежден и никаких препятствий чинить не станет.

Мужчина, стоящий перед бывшим Чолеком, кивнул. Он не стал спорить или обсуждать приказ своего господина — это было ни к чему. Валтасар, а ныне Александр Иероним, прекрасно и сам знал, что делать и когда.

— Отправлюсь сегодня же.

Оставшись один, хозяин дома вышел на балкон и, оперевшись на перила, посмотрел на яркое солнце, заливающее громадный белый особняк. Вокруг простиралась дикая природа джунглей, город оставался с другой стороны здания, а здесь, куда ни брось взгляд — первобытный мир.

Мир, где правит простейший и самый древний закон жизни. Сильный жрет слабого.