– А ну толком рассказывайте. И без грызни! Не то колдану сейчас – бабкина золотуха медом покажется!
– Так мы толком и говорим, – мигом присмирели оба.
– Угу, говорим же…
– Что хотели его с собой взять…
– И даже в туес, на ягоды, положили.
– А как к берегу пошли, он вдруг горячим сделался…
– Чуть не попалил нам все! Правда, побожиться могу…
– Ага, и я могу.
– Ну так мы его, значится, со страху прямо в куст возле берега кинули…
– И ну грести оттудова…
– Ну и угребли, значится.
– И даже с той брусники потом тока верхний слой снять да выбросить пришлось…
– Там, где совсем печеная получилась – от того камня.
– Думали, не узнает никто…
– Но бабка Вура жухлые ягоды углядела…
– От нее вообще хрен что скроешь…
– Да и сняли мы, если честно, не все – кое-какие брусничины прямо вниз провалились…
– В общем, сегодня поутру она нас за уши прихватила и все выпытала... Когда мы как раз снова туда намыливались.
– Погодите, – вклинилась Аля в этот поток, – вы туда вернуться что ли собирались? На капище?
– Ага, – охотно подтвердил старший. – Хотели попробовать тот камень забрать все же. Вдруг остыл теперь?
– Ну очень он затейный был. Жалко ж бросать, правда?
– Но Вура сказала что шкуры с нас спустит. А потом батьке велела лодку взять и на тот берег ее везти.
– Зачем? – опять не поняла Аля.
– Ну, чтоб вернуть все как было.
– Ага, опять на плиту, значится, положить. Чтоб чертовщина в доме совсем закончилась.
– То есть Вура решила – все из-за камня? – уточнила она.
– Ну да. Мол, мы его потрогали – все и началось.
– Может оно и правда так, – старший дернул плечом с таким видом, словно не сильно-то и боялся.
– Но каменюку ту страсть как жалко…
Аля мигом сообразила, куда мальчишки клонят и решила пресечь это в корне:
– Забудьте о нем – словно не было. А к капищу чтоб вообще не приближались больше! Ясно?
И дождавшись когда оба кивнут, пусть и не слишком охотно, закруглила разговор:
– А сейчас бегом домой, пока вам те шкуры и правда не спустили. Бегом!
– Посвисти еще им вслед, – шумно отряхнулся вылезший из куста Ирулан, когда калитка за мальчишками хлопнула, а топот ног затих. Именно из этой не облетевшей еще зелени катши и присматривал, чтобы никто лишний вдруг не подкрался и не услышал из разговора во дворе чего не следует. – Ладно, в дом пошли – думать. А то, сдается, вместо ответов мы наоборот, лишь новые вопросы получили.
– Угу, – сходу согласилась Аля, шагнув к крыльцу и с трудом удержавшись, чтобы не подхватить кота под брюхо и не втащить в дом на руках – Ирулан бы ей такого сроду потом не простил. И не забыл. – Но странно, что Вура не успокоилась – умертвие-то мы увезли.
– Так то умертвие. А дух паскудный как раз остался.
– В смысле? – споткнулась она первой ступеньке.
– В том смысле, что мне тамошний банник еще кое-что рассказать успел.






