ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однако уверенные слова Арины вызвали такой бурный смех и веселье у фигуристок, что Шеховцов, вышедший из кабинета, укоризненно покачал головой. — Я сейчас пойду работать на каток, а вы после сдачи проб наденете коньки и готовьтесь к награждению. Владислав Сергеевич, Игорь Борисович! Проследите здесь за порядком! Что-то тут слишком весело стало. Дав ценные указания, председатель Федерации собрался уходить, но тут взгляд его упал на продранные на правом колене колготки Аина. Валентин Игоревич хотел что-то сказать, но потом махнул рукой — не до этого, и быстрым шагом ушёл из служебного коридора. Впереди была самая важная, кульминационная часть состязаний у девушек, и ему нужно было присутствовать на рабочем месте. Арина так и не поняла, почему засмеялись подружки. А ведь «Не бойся, я с тобой» был довольно известный и даже в какой-то мере культовый фильм в Советском Союзе. Один из немногих, в котором показывалось ныне запрещённое каратэ, потому каждый подросток смотрел его несколько раз и знал наизусть, что там происходит по сюжету. — Хмельницкая! На пробу! — из кабинета с табличкой «Специальные медицинские процедуры» выглянула строгая женщина в белом халате и очках.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И даже унитаза не было! Как тут ссать и во что???

— А… Как тут мочиться? — робко спросила Арина, остановившись у двери.

В кабинете было почти пусто. Стол с двумя стульями, медицинская кушетка, обтянутая коричневым дерматином, небольшой шкаф и вешалка для одежды. Больше ничего! На столе, правда, стоял небольшой кейс, в ячейках которого стояли пробирки, но они больше походили на пробирки для сдачи крови, а рядом ещё один небольшой металлический кейс, со шприцами. Шприцы были явно многоразовые и страшные, как в фильме ужасов! Люда вспомнила, что тут нет одноразовых шприцов! Ужас!

— Зачем мочиться? Мочатся только на международных стартах! И вообще, откуда ты знаешь про анализ по моче? Ты же кажется, ни разу за границей не была, — в недоумении ответила женщина. — Мы внутри страны берём только кровь из вены. Результаты передаём в ISU. Определяем эритропоэтин, амфетамины, эфедрин, стрихнин, метандростенолон и нандролон. Ещё с начала этого года в список запрещённых внесены диуретики. Это мочегонные. Ты не пила перед стартами фуросемид?

— Нет, не пила фурасемид, — отрицательно покачала головой Арина. — Куда садиться?

— Сюда садись, — женщина показала Арине на стул, стоявший рядом с небольшим столиком с лежащем на нём резиновым жгутом. — Правую руку по предплечье оголи и клади на стол.

Пришлось развязывать тесёмки на рукаве и поднимать его до уровня локтя. Женщина резиновым жгутом перетянула предплечье над локтем и взяла в руки шприц.

— Кистью поработай, — велела она. — Сжимай-разжимай.

Протерев набухшую вену проспиртованной ватой, женщина мастерски попала в неё иглой, набрала полный шприц крови, разлила её по двум пробиркам и запечатала пробками. Одну красной пробкой, другую жёлтой. Пробки были самозавинчивающиеся и с предохранителем, который ломался при закручивании. Теперь пробка свободно болталась на пробирке, и открыть её можно было только специальным приспособлением.

Другая женщина во время этих манипуляций снова протёрла место укола ватой, другую вату приложила к ранке и обмотала бинтом.

— Снимешь через пять минут! — распорядилась женщина. — А сейчас внимательно послушай. Ты поедешь на международные соревнования, тебе тренер должен представить список запрещённых на 1986 год препаратов и процедур. Там проверка будет намного серьёзнее. В число запрещённых входят в том числе кофе, какао, никотин и алкоголь. А сейчас распишись в протоколе, что проба отобрана по правилам и претензий не имеешь.

Когда Арина стала подписывать протокол взятия допинг-пробы, в шапке документа с удивлением обнаружила надпись: «Комитет по физической культуре и спорту СССР. Управление международных спортивных связей».

Это значило, что вся эта процедура гроша ломаного не стоит.