ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эрдари Равеслаут, до сих предпочитавший называть себя подхваченным на городских улицах прозвищем Пепел, вошел в дверь кабинета пару минут спустя. И тут же застыл на пороге, подобравшись: — Та-ак… — оценил он открывшуюся ему картину. — Ресс Ретенауи… генерал Сорвени… Даже предположить боюсь, что могло свести вас тут вместе. Или империю втянули-таки в войну? Тогда с какой стороны на нас наступают? — Эрдари! — Ретен одним лишь тоном дал понять: для пустой болтовни сейчас не время. — Это не империю, это твою Рин втянули в нехорошую историю. — … ! — подтвердил генерал, устав сдерживаться. Глава первая Проснувшись затемно на узкой койке в каюте для персонала, Пепел еще раз прокрутил в голове давешний разговор, прикинув, что более подходящий случай для этого представится вряд ли. Дирижабль «Эхо» почти беззвучно плыл в утренних сумерках, тихий и умиротворенный, как большая рыба в глубине: вечерняя суета на его борту давно закончилась, а утренняя еще не началась. Так что самое время было привести мысли в порядок и разложить все по полочкам. Когда он вчера вошел в кабинет начальства и закрыл за собой дверь, а речь министра обороны стала менее экспрессивной, но более осмысленной, выяснились и некоторые подробности случившихся неприятностей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кто б знал, на кой ляд мне сдалось знание даты рождения вашего мелкого Шорга, а вот поди ж ты…

— Правильно Ретен говорил, ты из всего сможешь устроить цирк. Но чтоб настолько буквально…

— Сам охреневаю. Но в моей ситуации это реально было лучшим вариантом.

— Лучше, чем просто подойти и постучать в ворота?

— Гораздо, — пожал он плечами. — Там бы мне пришлось объяснять вашим привратным мальчикам, кто я и зачем. А так обошлось.

— Что-то случилось? — тут же подобрался бывший дворецкий.

— Возможно. По крайней мере, подозревать это основания есть.

И, почесав кончик носа, вопросительно глянул на притихшего Каголи.

— У вас тут последнее время ничего странного не происходило?

— Нет, — прищурился тот.

— Может, пропадал кто?

— Нет.

— И не уезжали на время?

В ответ Каги на пару секунд опустил веки, подумал и поинтересовался:

— Есть основания подозревать, что где-то провели сильное ментальное воздействие?

— Есть, — вздохнул Пепел. — Есть основания подозревать, что в Реске один из ваших мог промыть мозги Рин Сорвени. Причем в интересах Сиенуры.

— Понятно, — выдохнул тот и откинулся на спинку кресла, чуть прикрыв глаза.

— Что именно?

— Почему ты предпочел не светить себя даже на воротах.

— Ах, это… Ну да, само собой. А по ситуации что скажешь?

— Если начудил кто-то из наших, — осторожно начал подбирать слова Каголи, — то я об этом не знаю совсем ничего. А это нереально: уж что-нибудь наверняка да всплыло. Так что нет. Это не Шоргуа. Уверен.

— Ну, в общем, я тоже так и думал, — поморщился Пепел. — Только проверить все равно следовало. И если это не Шоргуа, тогда…

Он замолчал, поморщившись еще разок, и Каги продолжил сам:

— Тогда мы имеем крайне серьезную проблему.

— Именно. Именно, дорогой ресс. Настолько серьезную, что я предлагаю идти и собирать малый совет. Нет, даже не идти, а бегом бежать…

Если большой совет у беловолосых должен был включать представителей всех до единого ресских родов: и двух старших, и пары десятков младших, то малому для легитимности хватало присутствия одного Ретенауи, одного Ютиси и… еще кого-нибудь. Неважно. Лишь бы оказался своеобразным третейским судьей между двумя старшими родами. Несмотря на странность, корни у этой традиции были банальны и уходили во времена, когда старших родов было три и лорды не успели еще подчистую вырезать всех Далани. А когда вырезали-таки, оказалось, что вдвоем при разных точках зрения договориться до чего-то вменяемого нереально, нужен третий. Вот и придумали решить проблему таким путем.

И еще: если большой совет всегда планировался и объявлялся заранее, малый мог быть и экстренным, и тайным. Что сразу и уточнил Каги:

— Третьи, как понимаю, будут Шоргуа? — И, получив кивок Пепла, продолжил: — Объявлять будем?

— Нет. Некогда и незачем.