ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Здравствуйте, мисс Хмельницкая и мисс Малинина, я офицер антидопингового агентства при Международном олимпийском комитете Летиция Санчес. Искренне поздравляю вас с удачным выступлением на чемпионате мира, но мы должны следовать протоколу олимпийского движения — сейчас вы должны пройти на обязательное послестартовое медицинское освидетельствование на отсутствие в вашем организме запрещённых препаратов. Вы согласны пройти это освидетельствование? Напоминаю, что в случае отказа допинг-тест будет признан положительный со всеми вытекающими последствиями. А это дисквалификация на срок в 3 года и запрет на все соревнования и тренерскую работу, в том числе и внутри своей страны. — Мы согласны! — ответила за всех Арина. Птицей метнулась мысль, что вроде не так всё должно быть… — Хорошо, тогда прошу следовать за мной, — Летиция Санчес махнула рукой, призывая идти за собой. Английский у неё был с очень сильным испанским акцентом, тем более, она разговаривала быстро и временами проглатывала слова. Естественно, этот разговор и тот факт, что к советским фигуристкам подошли допинг-офицеры, не остался без внимания папарацци, которые принялись фотографировать всю компанию ещё во время разговора. А уж когда фигуристки одна за другой, с растерянными выражениями на лицах, шли за представителями антидопингового агентства, щёлканье фотокамер слилось почти в непрерывную трескотню.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обсудить, естественно, тренер хотел прыжковый набор, который сейчас продемонстрировала Хмельницкая, так как он не понял по наличию двух риттбергеров, что именно будет прыгать его ученица.

Арина после проката чувствовала себя, мягко говоря, неважно. Впервые за очень долгое время выложилась по полной. А ведь это ещё без учета того, что все прыжки были двойные. Тройные сейчас она не смогла бы прыгнуть. Ну, ничего не поделать, такова судьба спортсмена. Арина, с трудом преодолевая желание упасть от усталости на лёд, помахала руками орущей толпе одногруппников, стоявших в левой части катка, и поехала к Левковцеву, к калитке, ведущей в судейскую зону.

Левковцев сразу же, издалека, заметил, что ученица находится в неважном состоянии, поэтому дал ей время отдышаться, протянув салфетку.

— Так, ребята! Цирк окончен! — крикнули Левковцев, обращаясь к ученикам, которые бросили тренироваться и всё ещё стояли, аплодируя Хмельницкой. — Давайте продолжим тренировку. Сейчас я поговорю с Людой и вернусь к вам. Люда, ты как?

— Я в порядке, — отдышавшись, заявила Арина. — Вы хотели поговорить о чём-то? Да, я понимаю, что с этой программой ещё очень много работы, особенно в плане хореографии. Я попробую за лето где-нибудь взять курсы восточных танцев.

— Нет, я хотел поговорить не об этом, — рассмеялся Левковцев. — Я так и не понял, какой набор прыжковых элементов ты исполнишь в ходе этой программы.

— Всё просто, — спокойно ответила Арина. — Сначала я прыгну каскад тройной лутц — тройной риттбергер, потом каскад двойной аксель — тройной тулуп. Потом одиночный тройной сальхов, а за ним одиночный двойной аксель. После акселя будет заклон с заходом через прыжок, после него несколько хореографических элементов и хореографическая дорожка. После неё одиночный тройной лутц, после него каскад тройной флип — двойной тулуп — двойной риттбергер, потом одиночный тройной флип, а следом за ним комбинированное вращение со сменой ноги. Потом дорожка шагов и последний элемент: прыжок во вращении через чинян. У меня будет семь тройных прыжков в программе.

— Удивительно, — в очередной раз поразился Левковцев. — Я первый раз вижу такой набор. Но послушай, каскад тройной лутц — тройной риттбергер… Это же колоссальная сложность. Этот каскад никто и никогда не прыгал. Это тебе нужно сначала одиночный тройной риттбергер нужно выучить, чтобы потом смело включать его в каскад.

— Совершенно верно, — вежливо ответила пришедшая в себя Арина. — Мне за весну и лето нужно выучить новый прыжок, чтобы потом включить его в каскад.

— Но ты же сейчас не будешь этим заниматься? — полуутвердительным тоном спросил Левковцев. — По твоим движениям я вижу, что соревновательная и тренировочная форма окончательно ушла. Это неплохо и нехорошо, это факт.