Да и дочь с сыном приболели…
Ида резко затормозила, посмотрела на Лексу и со злой усмешкой переспросила:
— Срочно домой? Дочь и сын? Издеваешься, Лекса Турчин?
Выглядела она при этом очень недобро, можно даже сказать зловеще.
Алексей виновато пожал плечами.
— Истинная правда, товарищ Вебер. Может следующий раз?
— Ну хорошо, хорошо, — Ида резко смягчилась. — Значит, следующий раз. Давай хоть домой подброшу.
И подвезла к самому дому, причем, не спрашивая, где Алексей сейчас живет.
— Пока-пока, Лекса Турчин. Не забыл? Ты от меня никуда не денешься… — она язвительно хихикнула.
Алексей улыбнулся, дождался когда она уедет и облечено вздохнул.
— Чтобы тебе попучило, кобыла повапленная. Хрен тебе, а не красноармейское тело!
Глянул на дом и снова выругался, на этот раз восхищенно. Как оказалось, его с семьей поселили в тот самый знаменитый «Калабуховский» дом, прообраз дома профессора Преображенского из «Собачьего сердца» Булгакова. Алексей его совершенно точно узнал, потому что был здесь на экскурсии в своем времени.
После флигелька в Марьиной Роще дом смотрел настоящим дворцом. В квартире его встретила жена со шваброй в руках и детки с метлами и совками. И здоровенная гора мусора в прихожей, состоявшая в основном из бутылок и драной бумаги.
— Азизим! — Гуля радостно запищала и повисла у него на шее. — Смотри, смотри, здесь ванна есть! И вода в квартире! И бак, чтобы ее греть. И камин! И плита, чтобы готовить! И мебель почти вся. И у тебя свой кабинет будет! А я в нем тоже буду работать, когда ты уезжать будешь!
— И у нас свои комнаты! — гордо заявили Машка с Сашкой. Выглядели они не очень, синяки налились насыщенным фиолетовым цветом, но глазки довольно и жизнерадостно блестели.
— Только здесь настоящие свиньи жили, — Гуля всплеснула руками. — Но мы почти все убрали!
— Черты здесь жили! — мрачно сообщили Машка с Сашкой. — Бивни, бичари, чухны, бламеки, бубыри и гребни!
Алексей с ними полностью согласился. Куча мусора поражала своими размерами. Судя по всему, прежние постояльцы были отпетыми засранцами.
— А еще… — Гуля потащила за руку по коридору. — Смотри, смотри!
В спальне стояла большая двуспальная кровать. Огромная, массивная, внушительная и торжественная, с балясинами и балдахином, она стояла величественно, словно трон в тронном зале.
Лешка даже засмотрелся на нее. На такой роскошной махине он никогда не спал. Ни в прошлой жизни ни в этой.
— Смотри какая большая, можно потерять друг друга… — Гуля смутилась и ткнулась носом в плечо мужа.
Позади сразу же язвительно захихикали Машка с Сашкой.
Лекса показал им кулак и прижал к себе жену. Вся накопленная сегодня злость мгновенно пропала.
Поздно ночью, когда дети заснули, Лешка шепнул Гуле.
— Ежик… я скоро уеду.






