ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда мой жених нашел себе новую невесту, я поклялась: «Первому же, пожелавшему меня мужчине, скажу «да!» Если бы я только могла представить себе, во что выльется моя принципиальность. Приветствуем тебя, неведомый ценитель литературы. Если ты читаешь этот текст, то книга "Гончая" Ли Марина небезосновательно привлекла твое внимание. Обильное количество метафор, которые повсеместно использованы в тексте, сделали сюжет живым и сочным. Удивительно, что автор не делает никаких выводов, он радуется и огорчается, веселится и грустит, загорается и остывает вместе со своими героями. Юмор подан не в случайных мелочах и не всегда на поверхности, а вызван внутренним эфирным ощущением и подчинен всему строю. Кажется невероятным, но совершенно отчетливо и в высшей степени успешно передано словами неуловимое, волшебное, редчайшее и крайне доброе настроение. С первых строк обращают на себя внимание зрительные образы, они во многом отчетливы, красочны и графичны. Из-за талантливого и опытного изображения окружающих героев пейзажей, хочется быть среди них и оставаться с ними как можно дольше. Просматривается актуальная во все времена идея превосходства добра над злом, света над тьмой с очевидной победой первого и поражением второго. Периодически возвращаясь к композиции каждый раз находишь для себя какой-то насущный, волнующий вопрос и незамедлительно получаешь на него ответ. Кто способен читать между строк, может уловить, что важное в своем непосредственном проявлении становится собственной п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Везение – сука! – весьма избирательно, когда дело касается сирот из приюта святой Брунгильды. Монашки, помнится, хвастались, что девять из десяти девочек, побывавших под их крышей, позже проявляются как Гончие.

– Благословение божие! – так это называла мать Агнесса. Я же мысленно исправляла: «Проклятие».

И все-таки мало меня жизнь учила, мало. Била по морде, да, видимо, не очень сильно. Раз за разом ставила на колени, но я подымалась, упрямо надеясь, что это в последний раз. И главное, дура, свято верила, что рано или поздно все это кончится, что все мои невзгоды останутся позади. И пусть от метки Гончей мне не избавиться до конца жизни, пусть ненавистные рейды станут моей обязанностью и повседневностью. Все это такая ерунда, когда рядом с тобой надежный, настоящий, любимый и любящий мужчина...

Тихо выругалась и отвернулась от окна. Нет, я не жалела о принятом решении – еще чего! Я искренне радовалась, что успела переиграть Доминика и уезжаю к черту на кулички. Уж лучше там, чем здесь на его условиях.

Сволочь.

Хотя я и сама хороша, столько лет любила этого мерзавца, ничего не желая замечать дальше кончика собственного носа, так что нечего теперь удивляться и слезы лить.

Громко шмыгнула носом – благо второе место в купе пока еще пустовало. Хотя, если повезет, ко мне никто не присоединится, и я смогу в одиночестве, никого не стыдясь, напиться вдрызг и всласть нареветься. Когда еще, если не сейчас?

Поплачу, успокоюсь. И вычеркну нахрен Доминика из своей головы. Ластиком сотру, чтобы и следа его в моей жизни не осталось. Впрочем, это только сказать легко, а на деле глупое сердце болит и рвется в клочья...

В последний раз мы с ним виделись вчера вечером. Дом пришел ко мне в общежитие – ума не приложу, как узнал, что Нески и Агни ушли гулять, – и улыбнулся с порога ласково и снисходительно, так бы отец улыбался, глядя на свое нерадивое чадо.

– Ну что, малышка? Ты подумала над моими словами?

Скотина. Я б убила его, если б могла. Так ведь сильный, черт...

– Дом, уходи.

Он вздохнул.

– Ну что ты как маленькая. Я же популярно все объяснил.

Я скривилась, вспоминая его объяснения. Это случилось в понедельник, сразу после общего собрания, на котором нам рассказывали, чего ждать от пятничного распределения. Мне тогда казалось, что меня оно никоим образом не коснется. Какое распределение, ей-богу, когда мне жених приготовил тепленькое местечко в своем собственном участке.

– Счастливица ты, Иви, – с легкой толикой зависти в голосе вздыхали мои единственные подружки, Несси и Агни, – такого мужика себе отхватила...

Я лишь блаженно улыбалась в ответ и молчаливо соглашалась. А что? Против правды не попрешь: мужика я себе отхватила действительно завидного.