Обычно я проезжаю на велосипеде мимо почтового ящика.
— У него служебные дела в Куинто?
— Нет, не служебные. Участие в спектаклях "Актеров Куинто" — это полупрофессиональная театральная группа. Они на этой неделе каждый день репетируют...
Я перебил ее:
— Обычно вы читаете почту мужа?
— Да. Мы читаем почту друг друга... Но я не ожидала перекрестного допроса, мистер Арчер.
— Еще один вопрос. Это сообщение — правда?
Кровь бросилась ей в лицо, глаза сверкнули.
— Я бы не хотела отвечать...
— Хорошо. Но вы вряд ли сидели бы здесь, если это не было бы правдой.
— Я пришла бы в любом случае.
— И вы хотите, чтобы я выяснил, кто послал это письмо, и отдал бы этого человека под суд за клевету?
— О нет, — воскликнула она (право, миссис Слокум не слишком умна, если приняла мой последний вопрос за чистую монету). — Надо прекратить это. Я не могу стоять на часах у почтового ящика, проверять почту мужа, но не могу и оставаться в неизвестности, ждать очередного подвоха...
— А, кроме того, следующее послание может быть вручено мужу лично. Насколько серьезное значение для вас, миссис Слокум, будет иметь то, что муж прочтет подобное письмо?
— Это будет ужасно.
— Почему? Он ревнив до безумия?
— Вовсе нет, он очень спокойный человек.
— А вы его любите?
— Он мой муж, — ответила она. — Я никогда не сожалела об этом.
— Если у вас счастливая супружеская жизнь, то стоит ли огорчаться из-за одного-двух ядовитых, но лживых писем.
Я бросил письмо на стол, стоящий меж нами, и заглянул гостье в лицо. Мучительно напряженное лицо.
— Это было бы... последней каплей... У меня дочь, мистер Арчер, она еще учится в школе. Я просто не могу допустить, чтобы это случилось.
— Что именно?
— Крушение... крушение всего, развод, — произнесла она с отчаянием в голосе.
— Вы думаете, что произойдет именно это, если ваш муж получит что-либо подобное? — Я указал сигаретой на клочок белой бумаги.
— Да, да, мистер Арчер! Может, я справилась бы с Джеймсом, но ведь он передаст это своей матери, а та наймет следователей...
— А какие, собственно, основания для развода? Есть ли свидетельства против вас?
— Должны быть, — с горечью сказала она. — Кое-кто знает. — Легкое движение качнуло ее тело. Она походила на червя, насаженного на крючок. В данную минуту она чувствовала неприязнь к своему полу. — Это причиняет мне слишком сильную боль.
— Я знаю, — сказал я. — Моя жена развелась со мной в прошлом году. С психической стороны, это крайне жестоко.
— Я думаю, вы способны на такое. — В ее голосе послышалось злорадство. Затем ее настроение снова переменилось:
— Пожалуйста, не воображайте, что я приму развод так легко. Это самое последнее, чего бы я желала.
— Из-за вашей дочери, как вы сказали?
Она имела это в виду.
— В конечном счете, да.






