ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В центре повествования — картины нравов состоятельных слоев американского общества, любовь и ненависть, страх и отчаяние, предательство и погоня за богатством. Романы отличает занимательная интрига, динамичность повествования, глубокое проникновение во внутренний мир героев. Росс Макдональд Омут Если судить только по фигуре, ей не дашь и тридцати — гибкая, стройная, словно молодая девушка. И одежда подходящая: модный дорогой костюм из гладкой блестящей ткани; в туфлях на высоких каблуках изящество линий затянутых в нейлон ног должно произвести особо сильное впечатление. Лицо... вот лицо было не девичье. Беспокойство притаилось в глазах, складки пролегли с обеих сторон у рта. Глаза глубокого синего цвета, но взгляд... какое-то двойное зрение у нее. Ясно и отчетливо глаза смотрят на вас, а в то же время видят то, что находится за вашей спиной. Чувствуешь: позади годы, и за эти годы она видела куда больше, чем успела бы узнать неопытная девушка. "Тридцать пять, — подумал я, — и пользуется успехом". Она довольно долго простояла в дверях, не произнеся ни слова, — у меня была возможность понаблюдать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За то, что отвезешь меня обратно на побережье, я дам тебе десять долларов. Меня и моего друга. Меня зовут Арчер.

— В Лос-Анджелес? — парень произнес это название так, будто и впрямь там испокон веков жили ангелы, и мы едем в рай.

— В Нопэл-Велли. Через горы. Оттуда можешь уехать автобусом в свой Лос-Анджелес.

— Идет. Кстати, меня зовут Бад Массельман.

Он протянул руку и Ривису. Тот поразмышлял, не зная, что с ней делать.

— Не обращай на него внимания, — сказал я парню. — Он переживает очень тяжелую финансовую потерю.

Массельман сел за руль, Ривис — рядом с ним. Я расположился на заднем сиденье автомобиля, положив на колени пистолет.

Убегающие вниз улицы города засияли туннелями разноцветных огней под темнеющим небом. Быстро надвигающаяся ночь превращала Лас-Вегас в настоящий город. Далеко на востоке в сгустившихся сумерках медленно выплыл серп луны.

Парень вел машину уверенно и быстро, пока ни одна машина не обогнала нас. Я остановил его у бензоколонки посреди пустынной местности. Разбитая вывеска рекламировала "Настоящую живую гремучую змею" из "Свободного зоосада".

— У нас еще треть бака, — нетерпеливо сказал Бад.

— Мне нужно позвонить по телефону.

Ривис притулился в углу у дверцы и заснул. Одной рукой он закрыл лицо, кулак крепко сжат. Я привстал над ним со второго сиденья, снял его руку с влажного лба. Он всхлипнул, открыл глаза, часто мигая от рекламного освещения.

— Что, уже приехали? — угрюмо спросил он.

— Нет еще. Я собираюсь позвонить Надсону. Пошли.

Выбравшись из машины, он направился на непослушных ногах к ослепительно сверкающей двери магазинчика, обходя насосные колонки. Остановился, оглядел пустынные окрестности, сотворенные луной светотени, украдкой бросил взгляд на меня. Его тело напряглось, изготовившись к прыжку, когда Ривис находился на полпути между насосом и дверью. Я пресек эту попытку:

— Я слежу за тобой. Мой пистолет сейчас нацелен точно на твою ногу.

Я взял у служащего мелочь и опустил ее в автомат, чтобы позвонить в отделение полиции в Нопэл-Велли. Ривис прислонился к прозрачной полустенке-колпаку телефонной будки и сокрушенно зевнул. Он стоял так близко ко мне, что до меня доносился его запах, аромат прокисшей глупой надежды.

Металлический голос хлестнул по моему левому уху:

— Полиция Нопэл-Велли.

— Будьте любезны позвать шефа, Надсона.

— Его сейчас здесь нет.

— Не могли бы вы сказать, где я могу изловить его?

— Не могу. А кто говорит?

— Льюис Арчер. Надсон просил меня сообщить, как продвигаются наши дела.

— Арчер? О да. — Пауза. — У вас есть какая-нибудь информация?

— Да. Для Надсона.

— Говорю вам, его нет. Это наша контора. Можете оставить сообщение мне, Надсона я оповещу.

— Хорошо, — неохотно сказал я.