На всякий случай. Ну, а еще мне не очень хотелось портить отношения с Эйя. И так он тот еще гад.
Так что по четыре-пять листочков на город — и все довольны.
В трактире, куда я зашел, было весело и многолюдно. Шумели пьяные компании, бегали девушки-разносчицы, на маленькой сцене красивым голосом пела пожилая женщина. Что-то про страстную и несчастную любовь.
Одна из девушек с подносами ловко оказалась рядом со мной.
— Чего желает господин? Поесть, выпить, послушать несравненную Кордель Звонкую?
— Поесть бы, — я не стал строить из себя знатока музыки. — Если возможно, то какой-нибудь отдельный тихий столик.
— О, пойдемте наверх!
Я только сейчас заметил, что вокруг общего зала на втором этаже идет балкончик с маленькими столиками.
Идти вверх по лестнице за девушкой, облаченной в коротенькую юбку, было приятно… Поневоле в мою голову начали закрадываться дурные мысли. В конце концов, почему бы разок не пошалить. Самый последний разок…
Потихоньку наслаждаясь принесенным мясом и пивом, я рассматривал публику, веселящуюся внизу в зале и думал, как бы мне добиться взаимопонимания со служанкой. В конце концов, пиво придало мне храбрости и, расплачиваясь за ужин, я-таки поинтересовался у девушки, нельзя ли пообщаться с ней в более приватной обстановке.
— О, господин, — когда она наклонилась к моему уху, мне почудились лукавые искорки в ее глазах. — Я бы с радостью… Но, к сожалению, у меня есть жених, очень ревнивый… И он, что самое страшное, работает в нашем заведении вышибалой. И прямо сейчас смотрит на нас.
Мне хватило ума весело улыбнуться ей в ответ и, оставив небольшие чаевые, быстренько убраться из трактира. Спину жег недобрый взгляд местного охранника.
Проклятье. Я внезапно ощутил, что весьма и весьма соскучился по женскому обществу. Вдобавок, успел нафантазировать всякого…
Топая по едва освещенным улицам и подыскивая место для того, чтобы кинуть очередной лист бумаги с призывом, я воровато посматривал по сторонам, пытаясь найти какое-нибудь увеселительное заведение определенного типа. Не нашел.
Хозяин же постоялого двора, куда я вернулся ближе к ночи уставший и злой, воспринял озвученную мной проблему со смехом — мол, надо было сразу обращаться к нему и не проявлять ненужной инициативы.
А потом пообещал устроить все в лучшем виде всего за золотой. Как и в Пустоши, в принципе.
Девушка, появившаяся у меня в комнате, была миленькая, веселая и очень приятная на ощупь… Казалось бы — что еще нужно для счастья. Но вот та разносчица и ее короткая юбка никак не уходили у меня из головы на протяжении всего процесса, отвлекая и словно бы издеваясь над моими несбывшимися желаниями.
В итоге засыпал я в несколько смешанных чувствах.
А вот утро было прекрасным.






