ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В один прекрасный день, меня привели в новый дом. Я мечтала о семейных посиделках и родных, с которыми смогу делиться сокровенным. На деле же получила мать-тирана и сводного брата, который готов на все, лишь бы стереть меня с лица земли. Я была уверена, что справлюсь и не сломаюсь, но Глеб Гордеев оказался на шаг впереди. Он растоптал мою мечту стать звездой балета и я ему отомщу. История Руслана и Кристины — "Давай сыграем в любовь" Глава 01 — Даша Никогда не думала, что поцелуй может быть таким: словно яркий звездопад, который раскрашивает летнее небо и оставляет бесконечный след в сердце. Я не должна отвечать на него, в конце концов, человек, который сминает сейчас мои губы — враг. Верно, он мой личный кошмар, наваждение, не оставляющее в покое ни на минуту. Но отдаю должное, Глеб целуется просто крышесносно. Настолько, что у меня и дух захватывает, и воспоминания стираются, будто ничего ужасного между нами никогда не происходило. Рука Глеба сжимает мою талию, не давая ускользнуть, а другая скользит по спине, прижимая меня еще ближе. Его поцелуй заставляет кровь становиться обжигающе жаркой, и выбивает почву из-под ног. Мамочки… И хотя во мне все еще бушует ненависть, я не могу сопротивляться. А в какой-то момент на ее место и вовсе приходит другое ранее неизвестное чувство — вспышка молнии в виде желания и страсти. Я сдаюсь и отвечаю на его поцелуй: приподнимаясь на носочки, обвиваю руками вокруг шеи, проводя пальцами по сильным мужественным плечами.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они с Кристиной бросают на нас гневные взгляды, и, не говоря больше ни слова, начинают отдаляться. Неплохо, такой расклад мне нравится. Мы стали еще дальше друг от друга. Ну и Артем остался за бортом.

Глава 07 — Глеб

— И Артем не кинулся драться? — спрашиваю я, останавливаясь у своего черного спорткара. Руслан крутит на пальце брелок от мотоцикла, на котором с некоторых пор рассекает по городу. Если его мать узнает о подарке отца, она убьет обоих, но даже это не может остановить Соболева.

— Попробовал быковать, но там народ как-то активно окружил его, и я под тихую смылся, — отвечает Соболь, усаживаясь на резвого черного коня. — А еще я тут кое-что узнал, оказывается Артем познакомился с твоей сестрой случайно.

— То есть… это не преднамеренное желание насолить мне? — выгибаю бровь в удивлении. На самом деле, все что связано с Нестеровым, отзывается именно так. В школьные годы он пытался очернить мою репутацию, притом не только среди учителей, но и среди моих товарищей. Я в целом уже ничему не удивляюсь.

— Не-а, — пожимает плечами Рус. — Как я понял, он случайно увидел Дашу, и она ему тупо понравилась. Мне даже кажется, что Нестер не знает про вашу, так сказать, “связь”, — на последнем слове Соболев пальцами показывает кавычки.

— Неужели они реально… — вслух произношу то, что не стоило бы.

— Думаю, пока еще нет, но на стадии.

— Ясно, — мне неприятно осознавать тот факт, что однажды у Дашки появится парень. Хотя здесь нет ничего странного, ведь она не просто красивая, она грациозная, парящая, словно настоящий лебедь. И как бы сильно я не ненавидел ее за балет, и за то, что она танцует на этой чертовой сцене, пытаясь расположить мою чокнутую маменьку, у нее действительно выходит бесподобно.

— Может, уже прекратишь страдать прошлым, Гор?

— Я не могу, — обреченно вздыхаю и иду к машине.

Если бы я только мог пойти против себя, но это где-то глубже, сильнее, выше моих чувств.

* * *

Ночь проходит как в агонии, мне снится детство… Я подскакиваю с кровати, ощущая ледяные капли пота, стекающие по телу и волосам. Сердце бешено бьется, дыхание сбивчивое, а руки… они трясутся, словно у того маленького мальчишки. Каждый чертов раз, как собираюсь перешагнуть через себя, отпустить прошлое, меня посещают кошмары. Они напоминают, что наши пути с Дашкой никогда не должны пересечься.

Утром в коридоре встречаю мать. Она в деловом белом костюме выходит из дома, разговаривая с кем-то по телефону. Наши взгляды пересекаются, и когда мама кивает, я отворачиваюсь.

Сажусь в машину и резко срываюсь с места. Если бы не Дашка, давно бы съехал из этого особняка, где даже стены пропитаны болью. Кажется, будто дом — тюрьма, чертов Алькатрас*, из которого просто нереально вырваться живым.