ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой, которого теперь зовут — Ольг, смог сделать свои первые шаги в новом мире. Он нашел людей, выучил язык, приобрел репутацию счастливчика в Гильдии Охотников. Пережил первый бой, убил первых врагов, заработал первые деньги, вышел в отставку. Снял жилье, нашел работу и с личным что-то наклевывается. Живи и радуйся! Он и радуется, но, внезапно, мирная жизнь кончается… Иннокентий Белов Слесарь 3 Глава 1 ПЕРВАЯ НЕДЕЛЯ Привычка просыпаться очень рано, вместе с остальным рабочим людом, появилась у меня уже в Асторе. Уклад местной жизни и работы признавал только такой распорядок — просыпаешься в пять часов утра, легкий перекус, работа начинается в шесть, второй завтрак в девять, обед в два часа, работаем до пяти вечера, потом — основное приятное событие дня, обильный и длительный ужин. Ужин и остальное время до сна — вот для чего жители города напряженно трудятся семь дней в осьмицу, местную неделю, имея на отдых один день. Осьмиц в месяце четыре, дней — соответственно, тридцать два. Профсоюзов здесь еще нет, права трудящихся они защищают сами, голосуя ногами от плохих хозяев. Мастеров и просто рабочего класса не хватает, процент выживших среди них в Зиму — невелик. На корабли попали только известные мастера, остальные шли ногами, и немногие дошли, сохранив себе жизнь. Получилось странное общество — средневековая, торгово — буржуазная республика, без аристократической, тормозящей развитие, надстройки.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но тоже говорил, что надо расширить кузню, поставить новую печь, усилить меха для подачи воздуха и прочее, прочее, прочее. Все это он собирался сделать за пару лет.

Я начал понимать, что и мне надо столько же времени, на реализацию плана по постройке пассажирского варианта подводы. Времени и денег.

Да и хорошо.

Вчера до меня только дошло, что есть объективные причины так не спешить. В мастерской Крип сказал мне, наедине, что надо сбавить обороты. И он меня не понимает, и работники — что я от них хочу. И, откровенно говоря, я и сам не полностью понимал все процессы. Все же я не был технологом, кузнецом или опытным производственником. Я крутил гайки, умственно не напрягаясь. Восемнадцатилетний опыт работы мне очень помогал в работе руками, но в новых для меня вопросах я пасовал. Начинал сам злиться и на себя, потому что не мог внятно объяснить задачу парням или кузнецу. Да и просто слов не хватало, реально.

Все, хватит. Надо признать, что — это серьезное и сложное дело, прорыв в технологиях средневековья.

Придется идти вперед постепенно, экстенсивным путем. Улучшить инструменты, внедрить пару болт — гайка. Это серьезно облегчит трудоемкость процессов в мастерской, повысит производительность труда.

На самом деле, для нормальной жизни мне хватит и одного золотого в месяц. Столько я зарабатываю сейчас. Если стать компаньоном Крипа, можно еще один — два золотых иметь. Если мастерская будет преуспевать или даже просто работать.

Этого уже хватит на хорошую жизнь в Асторе.

Может и на жизнь с Гритой хватит, пока не знаю ее запросов. Могу еще на боях заработать. Завтра в Ратуше будет подведен окончательный финансовый итог моей работы на Гильдию.

Завтра и будем думать. А сейчас пора расслабиться и послушать интересного собеседника.

Старик поднес стопку к губам и с наслаждением принюхался к содержимому. Я ждал реакции, Корн все же был настоящий ценитель и сибарит. По-местным меркам, конечно.

— Не совсем то, что я предпочитаю. Но тоже честный продукт, стоит своих денег.

Мы одновременно втянули по чуть-чуть ресы на язык, подождали, пока кончик языка занемеет и только потом проглотили жидкость.

Немного посидели, потом Корн хлопнул, очень мягко, по толстому фолианту и спросил:

— Знаешь, что это за книга?

Я, конечно, не знал.

Старик заулыбался:

— Само собой, теперь никто этого не знает. Только я один понял, что это такое. Когда увидел на рынке в столице Муклена. Если тебе это интересно — запомни. И сразу — забудь!

Я слушал молча, не прерывая учителя.

— Почему — забудь? Эта книга рассказывает о последних днях королевства Муклен. Автор близок к правящей семье и все события подает с этой точки зрения. Что — вполне понятно. Написана она на обработанной телячьей коже, рецепт чернил уже утрачен.