Теперь мы стояли лицом к лицу, и я могла рассмотреть его лучше. Глаза отца даже при свете луны были темны, как два бездонных колодца, и в них не читалось ни единого чувства. Лицо оставалось невозмутимым, как будто высеченным из древнего камня. Он был моим отцом, но в то же время казался совершенно чужим человеком.
— Я не удивлен, что ты опоздала, — произнес он, нарушая тишину. Его голос был ровным и спокойным, без намека на раздражение или недовольство. Он скорее просто подтвердил тот факт, в котором и сам был до этого уверен.
— А я удивлена, что ты ждал, — вопреки бурлящим чувствам, я ответила отцу в тон. Так же спокойна, без дрожи в голосе. Оказалось, во мне больше силы, чем я думала до этого. Или я просто хотела в это верить.
Левая бровь Монтогора взметнулась вверх, а уголки губ опустились, выдавая его недовольство. Я усмехнулась про себя, наблюдая за этой едва заметной реакцией. Кажется, я задела его, и это меня немного забавляло.
— Я разочарован в тебе, Элита, — он обратился ко мне старым именем, и в его голосе зазвучали нотки знакомого презрения. — Твои успехи хуже некуда. Ты слаба…
Его слова походили на удары кнута, хлещущего по моей самооценке.
— Физически. А про умственные способности я и вовсе молчу. Как можно было позволить себя так легко обмануть. Та девчонка обвела тебя вокруг пальца и почти добилась твоего отчисления.
Он намеренно бил по самым больным местам. Знал, что я отреагирую. Знал, что этим можно легко меня сломить. По крайней мере, так было раньше. Но за четыре года я немного изменилась. И готова была дать отпор.
— А я не удивлена, что ты разочарован, отец. Я ведь прямое доказательство твоих собственных ошибок.
— Ты не доказательство, Элита. Ты и есть моя самая большая ошибка. Но, — он резко наклонился вперед. — Но ты можешь возместить этот ущерб, доченька.
Глава 2
Кириан
Форд снова привел кого-то в нашу общую берлогу. Женский хохот раздавался из-за дверей, а на ручке многословно висел повязанный небрежным узлом галстук. Вроде бы даже мой. Да уж, друг вел достаточно разнообразную, достаточно бурную жизнь, совершенно не думая о других. В этот раз хотя бы была не Норма. Я бы точно узнал ее по голосу и смеху. И на том спасибо. Хотя о чем это я? Это ведь тайный роман. Или лучше сказать, сговор?
Зажав руками веки, мотнул головой. Сил думать об этой парочке сейчас совершенно не было. От слова совсем.
Тело после тренировки тянуло. Даже приятно, учитывая, что от нагрузок местного тренера я обычно ничего такого не ощущал. А вот Таккорт мне было искренне жаль. Смотря днем на спину удаляющейся с площадки девушки, я испытал непонятное чувство искреннего сострадания. Элис явно было не хорошо, но она всему миру вопреки, старалась держаться молодцом.
А ведь это не первая беда, свалившаяся на ее голову.






