Проверил патроны — все шесть на месте, перезарядил ещё по дороге сюда. В ноздри ударил запах оружейного масла — резкий, с привкусом металла. Сунул за пояс.
Кольцо замотал в тряпку, сунул в левый карман.
Посмотрел на Дарью, которая прикрыла глаза.
— Спи. Если что, у тебя есть пистолет, — напомнил на всякий случай. — Я скоро.
Выскользнул в коридор. Тихо прикрыл дверь. Снизу тянуло остывшим жиром, специями и табачным дымом. Лапшевня засыпала.
Лестница. Чёрный ход. Двор.
Ночной воздух ударил в лицо. Холодный, с привкусом соли и портовой гнили. Небо затянуто — ни луны, ни звёзд. Идеально.
Зверь встряхнулся. Ожил. Ноздри раздулись. Уши ловили каждый шорох — скрип калитки соседнего двора, далёкий собачий лай, чьи-то осторожные шаги через два переулка.
Двинулся к выходу из переулка. Быстро. Тихо. Вдоль стенки. Охота за ответами началась.
Глава II
Солёная гниль и мокрое дерево. Портовый район ночью пах иначе, чем вечером. На улицах почти никого не было, из-за чего воздух был пропитан резкими запахами порта, рыбы и гнили.
Скольжу вдоль стены, стараясь не выходить из тени. Фонарей на этой улице ровно два и оба еле горят. Идеальный маршрут для гоблина, который не хочет встречаться с патрулём.
Зверь притих от удовольствия. Эта часть меня обожала ночную охоту. Когда мир замирал и оставались только запахи, звуки и темнота.
Шаги. Две пары ног. Тяжёлые, размеренные, с характерным скрипом казённых ботинок. Табак, дешёвый одеколон и кожа ремней. Патруль.
Ныряю в проулок между домами. Прижимаюсь спиной к сырой кирпичной кладке. Жду.
Двое прошли мимо, не замедлив шаг. Один что-то бубнил второму про сверхурочные. По сторонам эта парочка даже не смотрела. Однозначно из местных. Чудо, что трезвые.
Выждал ещё десяток секунд. Выбрался. Двинулся дальше.
Несколько кварталов до лавки Владислава я прошёл за полчаса. Можно было бы и быстрее. Но не обошлось без нюансов — пришлось дважды забирать в обход. Сначала из-за группы подвыпивших матросов, которые горланили на перекрёстке. А потом из-за ещё одного патруля. Этих я учуял загодя — от одного несло чесноком так, что зверь внутри возмущённо фыркнул.
Вот и нужный переулок. Тупик. Деревянная дверь, выкрашенная тёмной краской. Тусклый свет в щели между ставнями. Работает.
Запахи из-за двери ударили раньше, чем я успел постучать. Горечь трав. Что-то вяжущее. Спирт. Старая древесина. И тот самый янтарный напиток, который Владислав хлестал из тёмной бутылки. Интересно, он вообще трезвый бывает?
Стучу. Три раза. Коротко.
Тишина. Звук шагов внутри. Скрежет засова. Дверь приоткрылась на ширину ладони. В щели показалось худое лицо со светлыми глазами, которые блестели от света.
— Рил-тап, — Владислав окинул меня взглядом и отступил, пропуская внутрь. — Девчонке хуже?
— Нет, — качнул я головой.






