Она тяжело дышала, глядя на меня снизу вверх. Зрачки расширены от боли и прилива крови. На лбу выступила испарина. Одеяло сползло, открывая плечи и грудь.
Зверь внутри замер. Навострил уши.
Запах изменился. Вонь болезни и распада — исчезла полностью. Воздух наполнился другим. Запахом живой самки, разогретой алхимией и её восстанавливающейся плотью. А ещё отчего-то носился аромат сосновой хвои.
Тело отреагировало до того, как мозг успел ударить по тормозам. Кровь моментально ушла в пах. Мышцы напряглись сами, как будто готовясь к броску.
Дарья это увидела. Её потемневший взгляд скользнул по моему лицу. Опустился ниже. Остановился.
Шагнуть. Прижать к матрасу. Зверь ревел, требуя действовать. Он жаждал её. Хотел ощутить тепло плоти. Прямо сейчас. Немедленно!
Я уже почти сдался. Качнулся, подаваясь вперёд. И тут перед глазами встало лицо Акиры.
Кривая усмешка в полутьме. Слова. Спина, исчезающая во мраке. С потрясающей лёгкостью.
Рационал обрушил на разгорячённый мозг бетонную плиту. Напомнив, что эти игры я уже проходил. Как только получают, что хотят — уходят. Или вонзают нож в спину.
— Я вниз, — чуть отступив назад, посмотрел в глаза девушки. — Вернусь с едой. Отдыхай.
Развернулся. И стараясь не обращать внимания на её изумлённое лицо, вышел в коридор.
Остановившись, закрыл за собой дверь. Прислонился спиной к стене рядом с ней.
Параноик где-то на задворках ехидно оскалился. Спасённая женщина — не награда. Просто ещё одна переменная, которая в любой момент может сдать с потрохами.
Но потом улетел вдаль, получив здоровый пинок от моего внутреннего зверя. А я двинулся вниз. Где уже сидел Тэкки, орудуя палочками над тарелкой лапши. Рядом стояла вторая порция — явно для меня. Умный варраз. Запомнил, когда я встаю.
Сел напротив. Подтянул тарелку. Лапша горячая, во вкусном бульоне, с кусками куриного мяса и зеленью. Желудок прямо радовался. Такая вот медитация гоблина — горячий бульон, ложка и палочки.
— Тарг, — Тэкки заговорил, дождавшись, пока я расправлюсь с половиной порции. — Я тут подумал. Если с этим местом чё случится — нам куда?
— В смысле? — поднял я на него глаза.
— Ну вот лапшевню прикроют, — понизил громкость голоса. — Или дед стуканёт. Или ещё чё. Куда мы с девкой и барахлом?
Шахты. Первое, что пришло в голову. Там я жил раньше. Там темно, тихо и безопасно. Для меня. Для Дарьи — холод, сырость и крысы. Параноик тут же подхватил — а если зима? Или кто-то ранен? Тэкки с тяжёлым ранением тащить? Три этажа вниз по ржавым скобам. И можно ли вообще оттуда куда дальше уйти?
— Хороший вопрос, — отвечаю честно. — Но сказать мне пока нечего.
Он молчит. За лапшу снова взялся. Но в целом, прав. Я сам об этом же думал. Резервная площадка нужна. Тёплая, сухая, с парой выходов и не привязанная к Олегу. Пока такой нет.






