ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

О Ктулху, Макаронный монстр и Омниссия! По воле кого из вас сознание взрослого программиста из 2026 оказалось в теле Кристобаля Колона, калифорнийского подростка в 1982? Как высоко на Олимп разработки компьютерных игр ему дозволено забраться? Ретро Бит [2] Дорога из Вегаса до родного трейлерного парка оставила тягостное впечатление — Елена то плакала и норовила устроить истерику на тему «на кого же ты нас покидаешь», то с гордостью рассматривала простое стальное колечко со стекляшкой вместо камня на пальчике и шептала себе под нос сокровенное «Миссис Колон», а затем и вовсе задремала, прислонившись к плечу новообретенного мужа. Гектор мрачно держал руль и курил одну сигарету за другой, тяжелые веки клонились вниз. Да он же почти сутки без сна! Ох, поздновато я сообразил. — Гектор, давай я поведу, отдохни. Нас учили водить на автомеханике, — предложил я. На самом-то деле без сна не только старший брат Криса, но и я сам, однако, может быть, старая привычка кодить ночами сказывается, или дело в молодом организме, какому море по колено, но не чувствовал я себя уставшим.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Увидят, что ты чистый, сытый и хорошо учишься — отстанут на несколько месяцев или даже полгода, до самого суда по вопросам опеки. К тому моменту тебе лучше эмансипироваться, пацан.

— Принято, сэр, — полицейский всё сказал по делу.

— И учти — можешь как угодно крутить любовь с Линдой, мне плевать на эту грингу. Но узнаю, что ты полез под юбку к Марии — и моё хорошее отношение закончится. Компренде?

— Принято, сэр, — повторил я.

— Си, хефе, — печально всхлипнула Елена.

Копы ушли и только тогда красавица позволила себе разрыдаться, обняв меня как-то по-матерински, без малейшего подтекста и причитая что-то совсем уже неразбочивое на испанском, силы окончательно её покинули. Дюке жалобно заскулил из-под стола.

Справляться с женскими истериками я не очень умею, так как женат никогда не был, а с подружкой всегда проще разбежаться, чем воспитывать взрослого человека. Но азы мне известны — нужно переключить внимание.

— Елена, тебе диван или кровать больше нравится? Где спать собираешься? Мне-то всё равно, где, но у койки ширма есть. И подстриги уже меня, наконец, как обещала.

— Что? Подстричь? Ой… у меня инструменты дома! И вещи! И Вообще всё! Мне надо забрать.

— Тогда пошли, я помогу донести.

Жалко девчонку. Жила, горя не знала, а теперь ей в её двадцать пять на голову свалился муж-уголовник и его проблемный младший братишка, требующий опеки. А ведь с её внешностью любой миллиардер обязан к ногам падать.

Обитала Елена в самой дальней от нас части трейлерного парка, в развалюхе почище нашей. В том смысле, что снаружи грязнее — совсем уж ржавый автогроб. Решительно распахнув дверь, жена Гектора как принялась «орале» на испанском, что мне убежать захотелось. Если кратко, ее претензии сводились к «Трейси, опять ты этот мусор в дом притащила», а в ответ получала крики «Эдди хороший, он будущая рок-звезда», с незнакомым мне выговором, вроде как этаким реднековским.

Заглянув внутрь, я увидел бухого, и хорошо еще, если так, парня лет двадцати в косухе, похрапывающего на диване и белокурое чудо примерно того же возраста — две косички с бантиками, куча конопушек, легкомысленный обтягивающий топик, больше подчеркивающий грудь, чем что-то скрывающий, ультра-короткие шортики…

А может быть, ну эту, не факт, что существующую, Линду и вот с этой вот явно совершеннолетней глупышкой, рьяно защищающей будущую звезду рока, отношения завести? Слишком несвоевременная мысль, но плоть слаба. Нет! У меня тут самая неподдельная беда и Елену надо из депрессии выводить.

Пробежался взглядом по обстановке трейлера Елены, отметил две двухъярусных кровати, сожравших почти всё свободное прсотранство. Теснота страшенная. Куча женских маечек, трусиков и лифчиков, развешанных повсюду. Телевизор еще более убогий, чем у нас с Гектором.