ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Алексей Ковтунов Путь Строителя 7 Обрубок желеного дерева развалился на две неровные половины с глухим стуком, от которого загудела земля под ногами. Горячий пар вырвался из разлома, Основа покинула древесину, растворившись в утреннем воздухе, и я почувствовал знакомое опустошение внутри. Как будто из груди вытащили теплый ком и оставили вместо него холодную пустоту. За ночь набралось всего четыре единицы, и ровно столько я потратил на утреннюю зарядку. Мог бы поэкономить, конечно, оставить хотя бы одну лишнюю про запас, но жадничать с Разрушением нельзя. Оно и так растет как черепаха по сравнению с Созиданием, и если забросить тренировки хотя бы на пару дней, процент начнет проседать. Уже проседал однажды, и повторять этот опыт не хочется.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но отступил на секунду, а потом снова шагнул вперед и положил ладонь обратно. Увиденное через контакт оказалось куда интереснее того, что различали глаза снаружи.

Сеть каналов внутри бревна оказалась куда сложнее, чем я предполагал. Раз узел, два, три, четыре, и каждый соединен с соседними тонкими ниточками, как города на карте дорогами. Нормальная картина, примерно такая же, как в моих кирпичах, только плотнее и запутаннее. Ничего удивительного, живое дерево росло столетиями, и за это время обзавелось сетью, которую мне при всем желании не повторить.

А потом я добрался до чего-то, от чего пальцы дрогнули, а в голове стало очень тихо. Это сердцевина?.. Вроде бы да, по центру самый настоящий узел, но длиной во все бревно сразу, таких огромных я пока не видел. И… Что мне с этим теперь делать?

Глава 2

Сидел и смотрел на бревно, а бревно смотрело на меня. Как минимум, именно так это ощущалось, потому что после того, что я увидел внутри, появилось стойкое подозрение, что этот кусок дерева понимает происходящее не хуже меня.

Нет, понятно было и раньше, что живое дерево не совсем обычное. Каналы, узелки, пыльца, способность проводить Основу, все это я уже видел и даже привык. Но стоило залить побольше Основы внутрь, как стало ясно, насколько оно на самом деле странное. Мои прежние наблюдения оказались поверхностным взглядом, как если бы кто-то посмотрел на реку сверху и решил, что дно мелкое, а потом нырнул и обнаружил омут в три человеческих роста.

Если вкратце, то сердцевина бревна представляет собой сплошной узел. Не отдельные точки, разбросанные по древесине и связанные тонкими каналами, как в обычных материалах. Один непрерывный узел, протянувшийся от одного торца до другого, толщиной примерно в палец, окруженный такой густой паутиной ответвлений, что голова идет кругом.

Грубо говоря ствол, внутри которого проложена труба, от которой во все стороны расходятся тысячи мелких трубочек. Каждая трубочка ведет к своему маленькому узелку на поверхности, и через эти узелки и вылетает пыльца, когда подашь Основу. Вся конструкция работает как единая система, и центральный узел в ней играет роль магистрали.

Вопрос, который застрял в голове и не желал выходить: куда в таком случае ставить руну? Варианта, грубо говоря, два. Первый: на обычные узлы, которых тут и без того хватает, россыпью по всей поверхности. Второй: на два торца, где сердцевина подходит вплотную к поверхности и буквально просится наружу.

Вроде какие-то ответы на вопросы есть. Но всё как всегда, ответов куда меньше, чем хотелось бы, а каждый новый ответ тянет за собой два новых вопроса. Впрочем, если перестать нервничать и подумать трезво, картинка складывается почти идеально.