ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Алексей Ковтунов Путь Строителя 7 Обрубок желеного дерева развалился на две неровные половины с глухим стуком, от которого загудела земля под ногами. Горячий пар вырвался из разлома, Основа покинула древесину, растворившись в утреннем воздухе, и я почувствовал знакомое опустошение внутри. Как будто из груди вытащили теплый ком и оставили вместо него холодную пустоту. За ночь набралось всего четыре единицы, и ровно столько я потратил на утреннюю зарядку. Мог бы поэкономить, конечно, оставить хотя бы одну лишнюю про запас, но жадничать с Разрушением нельзя. Оно и так растет как черепаха по сравнению с Созиданием, и если забросить тренировки хотя бы на пару дней, процент начнет проседать. Уже проседал однажды, и повторять этот опыт не хочется.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Извести на усиленный частокол тоже уходит немало, но зря ничего не транжирится, стена должна быть прочной.

Усиленный участок дошел до тех мест, где будут стоять следующие башни, и там Хорг любезно отметил будущие площадки, а ров, который появляется сам собой по ходу работ, обошел фундаменты. Мы с ним вроде и не обсуждали размеры, разговаривали только мельком, что башни снаружи будут, но и без подробных разъяснений получается как надо.

Ров отступил метров на шесть от стены, и именно такими я представляю себе будущие башенки. Может они и не будут высокими, но внутри должно хватать места, чтобы развернуться. Плюс баллисты, может даже не по одной.

Ладно, хватит. Сейчас два объекта и ни одним больше, все остальное потом.

Пошел обратно к лазарету, где Сурик уже должен был натаскать глины и начать замешивать, но на полпути остановился. Получается, сейчас Сурик и еще пара мужиков будут лепить черепицу, а я тем временем планировал заниматься самим бревном. И что, мне ножом ковыряться? Руны выжигать, ладно, для этого нож и не нужен, но в остальном работы хватает. Кору снять, торцы подровнять, посадочные места под стены подготовить. А инструмента толком-то и нет.

Свернул и решил немного понаглеть, пошел к Ольду. Плотник тут за дерево отвечает, а уж его инструмент в деревне известен каждому, кто хоть раз держал в руках топор.

В мастерской темно и тихо, в доме ставни закрыты. Щелей, через которые мог бы пробиваться свет, у Ольда нет и быть не может, у него все подогнано так, что комар носа не подточит. Плотник, который не следит за собственным жильем, это не плотник, а недоразумение, и Ольд к таким явно не относится.

Ага, сказал строитель, у которого даже своего дома толком нет, только сарайчик для короткого сна. Долгий сон в таких халупах тупо противопоказан.

Потоптался, подумал, и решил, что надо хотя бы постучать. А если пошлет с моими просьбами, так хоть буду знать, что попытался.

Постучал тихонько, подождал, но за дверью ни звука. Постучал еще раз, раз уж решился, надо как минимум разбудить бедолагу.

Проснулся он только с третьего раза. Внутри что-то прогромыхало, послышались тяжелые шаги, и дверь отворилась. Заспанный, в одних штанах, Ольд стоял на пороге и потирал глаза.

— Ну так и думал, что ты, — буркнул он и зевнул. — Кто еще такой пришибленный будет по ночам в двери долбиться.

Убрал в сторону деревянную колотушку и уставился на меня.

— Ну? Просто разбудить приперся, или все-таки что-нибудь скажешь?

— Да вот, инструмент хотел попросить… — начал я, но Ольд уже потянулся к двери.

— Да погоди ты!

— Ты или дурак, или совсем дурак, раз подумал, что я тебе свой инструмент дам! — рявкнул он, и голос у него для только что проснувшегося человека оказался на удивление громким.