ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Алексей Ковтунов Путь Строителя 7 Обрубок желеного дерева развалился на две неровные половины с глухим стуком, от которого загудела земля под ногами. Горячий пар вырвался из разлома, Основа покинула древесину, растворившись в утреннем воздухе, и я почувствовал знакомое опустошение внутри. Как будто из груди вытащили теплый ком и оставили вместо него холодную пустоту. За ночь набралось всего четыре единицы, и ровно столько я потратил на утреннюю зарядку. Мог бы поэкономить, конечно, оставить хотя бы одну лишнюю про запас, но жадничать с Разрушением нельзя. Оно и так растет как черепаха по сравнению с Созиданием, и если забросить тренировки хотя бы на пару дней, процент начнет проседать. Уже проседал однажды, и повторять этот опыт не хочется.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А с чего ему трескаться? — каменщик нахмурился. — Ты же рунами его напитаешь, или нет?

— Напитаю… Но на руны надейся и сам не плошай, знаешь такую поговорку? — усмехнулся я, но все равно решил пояснить, может ему тоже интересно будет и сможет использовать мой опыт в своей дальнейшей работе. Мне-то не жалко, пусть все пользуются технологиями, и тогда этот мир станет капельку лучше. А я свое заработаю, мне хватит. — Пол будет нагреваться и остывать каждый день, и каждый раз при этом расширяться. А если ему расширяться некуда, он лопнет. Кожа примет на себя давление и не пустит стяжку в стену.

Стурм потрогал полоску пальцем, подвигал ее туда-сюда, убедился, что та пружинит, и кивнул. Каменщик из Валунков далеко не глуп, ему достаточно один раз увидеть, чтобы понять принцип, даже если раньше ничего подобного не встречал.

Дальше арматура, и с ней медлить нельзя. Притащил охапку заготовленных прутьев и принялся за работу. Разложил первый ряд параллельно длинной стене, через каждые десять сантиметров, концами в кожаные полосы, чтобы арматура не касалась кирпича напрямую. Потом начал укладывать поперечные, и вот тут пришлось повозиться. Каждое пересечение надо связать, иначе при заливке прутья разъедутся, и вместо сетки получится куча палок в бетоне, от которых проку как от забора у Больда.

Вязал проволокой из совсем молодых побегов железного дерева. Тонкая, миллиметра два в сечении, но после пропитки Основой держит крепко. Обернул вокруг пересечения, скрутил концы пальцами, подогнул, чтобы не торчали. Следующее пересечение, следующее, и через час ладони уже горели от проволоки, а пальцы стали напоминать клешни краба, который разучился разжиматься.

Рукт, увидев, чем я занимаюсь, молча присел рядом и подключился. Показал ему один раз, как крутить проволоку, и он подхватил без лишних вопросов. Работали параллельно, каждый со своего края, двигаясь к центру, и через полтора часа сетка была готова. Не идеальная, местами ячейки гуляют на пару сантиметров, но для стяжки пола и этого хватит с запасом.

Пропустил по всей сетке капельку Основы. Одну единичку на весь каркас, экономно, но достаточно, чтобы каждый прут и каждый узел пропитался и окреп. Сетка едва заметно потеплела под ладонью, и я почувствовал, как Основа растекается по проволочным узлам, скрепляя их надежнее любого сварного шва.

Раствор для стяжки замешал отдельно, погуще обычного, с увеличенной долей песка и уменьшенной долей щебня. Песок помельче, известковое тесто, отвердитель, немного дегтя для пластичности. Консистенция пожиже, чем для стен, но не настолько, чтобы растекалась по углам.

— Готово, заливаем! — поднялся, отряхнул колени и кивнул мужикам у бочки.

Раствор пошел на пол ровным густым потоком.