ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Анатолий Штыба оброс связями, нарастил мускулы, на волне перестройки зарабатывает хорошие деньги. Но это по-прежнему простой парень, который не рвётся на обложки, а старается жить как ему хочется, помогая по мере возможности друзьям. Дмитрий Иванов Нокдаун! Я на полу. Неожиданно! Вел ведь два раунда по очкам, как мне сказал мой тренер в перерыве. И ведь не сам упал, меня уронили. Ха-ха. — … «семь», — откуда-то издалека слышу голос рефери и заставляю себя встать на ноги, показывая, что готов к бою. Да нифига не готов! В голове шумит, а перед глазами два Володи Ерещенко, с которым я бьюсь в финале чемпионата СССР по боксу. Сам чемпионат перенесли с 23-го января на 13-е февраля ещё в прошлом году, что дало мне возможность немного подольше потренироваться. Как проклятый я занимался по пять раз в неделю, хотел и по семь, но Игорь Леонидович, мой тренер, был против. Сердечный удар от Ирки подкосил меня — она реально вышла замуж за худого сорокалетнего сморчка. Что она в нём нашла? Вместо квартиры у того маленький ветхий домик в Николаевке, машины нет, денег нет, работы нет нормальной. Прыгает с одного места на другое, хотя специальность у него неплохая — сварщик. А вот поди ж ты! «Любовь зла, полюбишь и козла». Что означает, что женское сердце непредсказуемо.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Тут недалеко Некрасовский колхозный, жаль «Берёзку» закрыть решили, — сообщил Витька.

— Валютные работают, чековую только закрывают, да и то с 1-го июля. И не закроют, а на безнал переведут, — пояснил знающий я.

— Откуда у нас безнал? — хмыкнул Цзю.

Против желания рассказываю им о своих планах разжиться валютой в скором будущем.

— Слушай, а как-то с тобой можно скооперироваться? — загорелся Артемьев. — Хоть что мне поручи! Интересно же!

— Решаемо, — серьёзно ответил я. — А ты, Костя, не хочешь?

— Я же в КГБ иду, мне нельзя… наверное, — напомнил тот.

Едем на рынок, там сейчас, кроме овощей, на втором этаже торгуют и разными кооперативными товарами. Ходим мимо мраморных колонн и рассматриваем товары от частных производителей. Я себе прикупил удобную кожаную сумку через плечо. Костя маме взял косметику, хоть я и не советовал.

— Давай сыграем? — дергает меня за рукав Витька.

Ба! Как в детстве побывал! Наперсточники! Сидит мужик на картонной подложке, перед ним стаканчик и толпа любопытных. Кто-то играет и, как я вижу, выигрывает. Сто процентов поставной.

— Кручу, верчу, запутать хочу! — щерится фиксами жулик.

— Не вздумайте, шарика там нет нигде, — останавливаю я, и видно сказал это громче, чем хотел.

— Ты, парень, не играешь — проходи, — рядом с наперсточником нарисовался шкаф шесть на восемь, с меня ростом, но вдвое шире в плечах.

Приближался он ко мне неторопливо, будто лайнер заходил в лагуну.

— Вон же выиграл мужик! — не верит мне Артемьев.

— Подставной это, он с этим жуликом заодно, и этот бычок недорезанный тоже с ними, — злюсь я, ибо вижу, разборок не избежать — на помощь к бычку спешит ещё парочка мужиков с разных концов зала.

— Ответишь за свои слова? — вопросительно наклонил голову первый.

Я ответил коротким прямым в печень. Чего разговаривать, если драка неминуема? Парочка помощников из силового прикрытия жуликов резко тормознула, ещё и Цзю с Артемьевым, среагировав, стали с боков прикрывать меня.

— Милиция! — заорала толстая баба, возможно, сама по себе, а не из этой преступной шайки.

— Валим отсюда, — командую я.

Моё желание совпало с желанием наперсточника, и на свою беду он выбрал путь тот же, что и я. Хотя куда ему ещё деваться? Это ближайшая лестница вниз на первый этаж. И как следствие ещё одна разбитая бандитская рожа. Я церемониться не стал, зарядил, как и утром, Петросяну в челюсть.

— Толь, а чего мы от милиции бегаем? — спросил Артемьев у меня, — У тебя же целый генерал в знакомых!

— А смысл? Всех жуликов я не перебью тут, а милиция может и прикормленной быть. Я, конечно, выкручусь и вас в обиду не дам, но время потеряем, — пояснил я.

— Как это «прикормленной»? — Витька аж остановился. — Да мы сами из «Динамо»!

— Вот и доказывай им потом, что ты свой.