— Вам вон туда, уважаемый, — показал в конец коридора Захарыч. — Хитяра, ага. Дарья!
— Я тут, — выскочила из мастерской сияющая от радости техничка. — Правда ведь круто⁈ Я убрала обучающий блок и загрузила тексты известных песен.
— Поднимись с коле-е-ен и взгляни на меня-а-а, — мойщик продолжал тянуть слова роботизированным голосом. — Девочка-война-а-а!..
— Дарья! Выключи эту хрень! — зарычал Захарыч. — У меня сейчас кровь из ушей пойдёт! Кто вообще пишет эти тексты, мать их⁈
— Народу нравится, — хмыкнул Михаил, проходя мимо.
— Народ зомбируют, юноша, вот через такие тупые рифмы, — бросил вслед Мише Захарыч. — А потом удивляются, почему наше общество начинает тупеть.
Я же лишь хмыкнул. Вкусы у всех разные, но в чём-то я с Захарычем согласен. Притом никогда не понимал современную попсу, а здесь она ещё более бестолковая, чем в родном мире.
— Всё вам не нравится. Ладно, я придумала кое-что получше, — таинственно улыбнулась наша гениальная мастерица, подхватывая с пола мойщика.
— Больно-о-о-о смотри-и-ишь! Будто чо хочи-и-ишь! — продолжало доноситься из его динамиков.
Я не выдержал и прыснул со смеху, направившись в сторону раздевалки. Добрался до своего шкафчика, снял пиджак, накинув белый халат, затем взглянул на задумчивого Рому Хмурого.
— Уже и не рад, что пришёл в клинику? — ухмыльнулся я, обращаясь к приятелю.
— Да нет, всё как раз круто, — неловко улыбнулся Рома, закрывая шкафчик. — Егор Захарыч этот… он сказал, что за переработку платить не будет. А я впахиваю сам видишь как. Раза в три больше, чем в больнице.
— И сколько обещал? — спросил я. Мне вдруг стало интересно, насколько отличается его доход от дохода той же Виктории.
— У меня ж этот… как его… испытательный срок, — вздохнул Рома, садясь на скамью и скидывая кроссовки, затем напялил светлые ботинки с рифлёной подошвой. — Сейчас пятьсот. Потом в полтора раза больше.
— Что-то невелика разница, — заметил я, озадачиваясь. Вот же Плетнёв, решил, значит, сэкономить на новеньких.
— А мне ваще вполовину меньше, — донеслось с другой стороны шкафчиков. Над металлическим ящиком показался Миша, печально посматривая на меня.
— Вот и я про то же. Бывало с переработкой я в больнице до сотки поднимал, — сообщил приятель. — А Миха семидесятник зарабатывал мотаясь сутки по адресам.
— Вот и думаем, как подойти к Егору Захарычу, — вздохнул Миша.
— Да пошлёт он нас, и всё, — прогудел Рома.
— Я сам подойду, — улыбнулся я. — Прямо сейчас решим вопрос.
— А он с тобой как? В нормальных тёрках? — внимательно посмотрел на меня Хмурый.
— В нормальных, — засмеялся я. — Спокойно работайте и не дёргайтесь.
Вышел я из раздевалки, добрался до кабинета Захарыча. Старик сидел и с умным видом заполнял бланки на расходники.






