ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был простым интерном. И моя жизнь устраивала меня. Но один несчастный случай разрушил её. Теперь я в ином мире, где врачи — могущественные маги-целители. Сам же я — жалкий лекарь со слабым даром, обречённый лечить уголовников в подвалах. Но я не собираюсь сдаваться. Тем более что я не один — у меня есть помощник, с которым я способен многое изменить. Сергей Харченко, Сергей Карелин Эволюция целителя 6 Я был истощен до предела, что в этот раз особенно было ощутимо. Меня будто выжали досуха. Сердце постепенно замедляло ритм на фоне магического коллапса. И разумеется, я ждал одного единственного момента. Небула уже была осведомлена о том, что нужно делать. И теперь я, кое-как различающий её силуэт, ждал… «ОТДАЙ МНЕ СВОЮ СИЛУ!» — гаркнул голос Виктории в голове, и затем в меня потекла струйка энергии. У неё получилось. Часть энергии Мичурьева перетекала в меня. Через несколько секунд у меня хватило сил, чтобы добраться до пациента, вновь погружая в его тело диагностический щуп, а затем получилось сформировать и экстрактор. Карыч на пару с Небулой уже сняли магический фон с Мичурьева и держали его повреждённое ядро в узде, ну а я получил доступ к разрастающимся злокачественным опухолям. Половину силы я потратил на удаление метастаз, затем добрался до основной опухоли.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я почувствовал, как напряглись коллеги.

— Алексей Михайлович, нам нужно очень серьёзно с вами поговорить, — обратился ко мне Ковригин. — Тет-а-тет. Прошу, присаживайтесь.

Дверь с его стороны открылась, приглашая меня внутрь.

— Я скоро буду, — сообщил я остальным и заскочил в салон.

Пахло кожей и каким-то освежителем, слишком пряным, на мой взгляд.

Мы тихо тронулись с места. Причём салон был отделён от водителя тёмной защитой, намекая на то, что нас никто не может услышать.

— Слушаю вас, — взглянул я на Ковригина.

Помощник главы гильдии нервно дёрнул щекой, затем подтянул к себе блестящий кейс и отщёлкнул два замка, открывая его и показывая содержимое. Внутри рядами лежали пачки сторублёвых банкнот, перетянутые банковскими лентами.

— Здесь пятьсот тысяч рублей, — сообщил он. — Они могут быть вашими.

— Очень интересно, и что вы хотите взамен? — удивился я, хотя уже прекрасно знал ответ.

— Нам нужна эта вакцина, Алексей, — широко и очень дружелюбно улыбнулся Ковригин. — Наша гильдия готова купить у вас формулу. Прямо сейчас.

Глава 2

— Можете убирать деньги, — произнёс я. — Я отказываюсь.

Физиономия Ковригина изменилась, превращаясь в маску. Улыбка исчезла, лицо стало каменным, а затем в глазах появилась растерянность. Он в буквальном смысле поймал ступор.

— Подождите… это же целых пятьсот тысяч, — он от удивления вскинул брови. — Целое состояние. Вы можете… да вы много чего можете! Даже клинику новую отстроить с нуля и обустроить её по высшему разряду. Новое оборудование, идеальное расположение, пациенты будут выстраиваться к вам в очередь.

— Они и сейчас выстраиваются. Можете не напрягать фантазию, — ухмыльнулся я. — Меня всё устраивает.

Ковригин плотно сжал губы, желваки заиграли на его скулах, а в глазах появилась неприкрытая злоба.

— Алексей Михайлович, вы не можете единолично владеть этой формулой, — процедил он. — Это ведь достояние Империи! И у вас не получится запатентовать её так быстро, как это сделаем мы.

— Вы бред несёте, уж извините, — не выдержал я, открывая дверь кадиллака.

— Бред? Ха! Мне ли не знать, сколько препон будет, когда вы решитесь! — злобно воскликнул Ковригин. — Всё это время тысячи людей будут умирать в страшных муках по всей стране. Вы и только вы будете повинны в их смерти! А это уже попахивает государственной изменой.

«Что этот упырь чешет? Какая к чёрту измена⁈ — не выдержал Карыч. — Долбануть бы его чем-нибудь тяжёлым, чтоб мозги на место встали! Не знаю как ты, а я бы прям щас клюнул его в лоб!»

Карыч разорялся на фоне, а я встретился взглядом с Ковригиным. Я готов был покинуть кадиллак. Но мою паузу помощник главы гильдии воспринял по-своему.

— Ну вот, вы подумали, — довольно улыбнулся он. — Значит, согласны.