ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Путь Строителя 10 Стоял на северо-восточном участке стены и смотрел на лес, собственно, в данный момент все стояли и смотрели на лес, потому что оттуда выходило столько всякого зверья, что пялиться на это можно до самого обеда, и глаза не устанут. Откуда-то слева доносились хлесткие команды Гундара, и даже на таком расстоянии было слышно каждое слово. Все-таки довольно тихо вокруг стало, как только появились эти стада. Земля чуть дрожит, но людям резко стало не до паники, будто бы каждый в этой деревне разом получил отрезвляющую пощечину. Хотя стоит отметить, что особо паникующие действительно эту пощечину получили, и я считаю, что вполне заслуженно. — Третий десяток на северную стену! Второй десяток усилить камнями, горшки тоже туда! Гурт, где тебя носит⁈ Живее!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Закройся! Мужики, помогите! Дети…

Крик оборвался, когда Герда захлопнула за собой дверь. Ему не помочь, и она это понимала, а ее забота сейчас за спиной, на обоих этажах, на каждой шкуре, где спят чужие дети.

По двери заскребли, но недолго, а следом удар пришелся по ставням, одна створка разлетелась в щепки и в оконный проем протиснулась безглазая тварь. Юркнула внутрь, зацокав когтями по половицам, и кинулась в дальний угол, к спящим детям, и уже почти добралась, когда ей на спину обрушилась увесистая табуретка. Кальма, которая минуту назад мирно дремала у печи, прыгнула следом и всем своим немалым весом придавила жила к полу.

Внутри всё мгновенно поглотил хаос, женщины кричали, хватали все, что попадается под руку, и били тварь кто чем. Посыпались удары скалками и ухватами, кто-то швырнул глиняную миску, и жил под Кальмой дергался и извивался, но сбросить с себя ее не мог.

Второму жилу, который сунулся в соседнее окно, в безглазую морду прилетел котелок с кипятком. Тварь отпрянула, зашипела, и тут же одна из женщин схватила упавший голыми руками, стиснула и начала молотить, хотя кожу на ладонях наверняка обожгло до волдырей, но она даже не вскрикнула.

А вот следующий жил оказался крупнее прежних и куда проворнее. Легко уклонился от брошенной в него скалки, перемахнул через опрокинутую лавку и уже занес костяной нож над ближайшей женщиной, когда Герда перехватила его за запястье.

По всем законам здравого смысла тварь должна была вырваться, одной рукой жила не удержишь, они сильнее людей. Но вместо рывка тело его обмякло, будто из него разом вытянули все сухожилия. Тварь стояла и не шевелилась, а Герда смотрела на нее в упор, и по ее лицу прошла тень, какой раньше в этом доме никто не видел.

— Значит, жилы не знают, что такое страх? — процедила она сквозь зубы, напряглась всем телом и закрыла глаза. — Так познай же.

По комнате прокатилась тяжелая волна Основы, и жил заметался на месте, не в силах совладать с чувством, которого не испытывал за всю свою жизнь. Голова задергалась, тварь попыталась отпрянуть, но ноги не слушались, и клинок выпал из разжавшихся пальцев.

Герда подобрала клинок, вогнала его жилу в грудь одним коротким движением и вытолкнула безвольное тело через разбитое окно. А там, на улице, уже сверкали яркие вспышки и гремел бой, мужа оповестили, что в его дом лезут твари и ответ не заставил себя долго ждать. Женщина посмотрела еще какое-то время в окно и смогла наконец выдохнуть. В этот раз не пришлось идти на крайние меры, и это хорошо…

Глава 12

Так вот почему его гнилоходом прозвали… И дело не только в том, что тварь действительно гнилая и при этом ходит, хотя даже по этим двум признакам название как бы уже напрашивалось.