ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Путь Строителя 10 Стоял на северо-восточном участке стены и смотрел на лес, собственно, в данный момент все стояли и смотрели на лес, потому что оттуда выходило столько всякого зверья, что пялиться на это можно до самого обеда, и глаза не устанут. Откуда-то слева доносились хлесткие команды Гундара, и даже на таком расстоянии было слышно каждое слово. Все-таки довольно тихо вокруг стало, как только появились эти стада. Земля чуть дрожит, но людям резко стало не до паники, будто бы каждый в этой деревне разом получил отрезвляющую пощечину. Хотя стоит отметить, что особо паникующие действительно эту пощечину получили, и я считаю, что вполне заслуженно. — Третий десяток на северную стену! Второй десяток усилить камнями, горшки тоже туда! Гурт, где тебя носит⁈ Живее!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Одного медведя внизу вполне хватало, а тут еще двое карабкаются наверх, и если перелезут, будут уже три твари посреди деревни. Кому разбираться со стеной, если половина защитников северного сектора собралась здесь? Ковальд наверху, но у него два десятка лучников и пять копейщиков. Гундар открыл рот, чтобы отдать приказ, и не успел.

Медведоед использовал секунду, пока люди отвлеклись на крики, и рванул мимо полукольца, пробив его на стыке между двумя группами. Копья ткнулись ему в бока и бесполезно проехали по шкуре, а зверь уже несся вперед, снес чью-то поленницу и вломился в стену сарая. Бревна затрещали, крыша просела, а медведь вывалился с другой стороны и оказался уже в тридцати шагах от центра деревни.

— Перехватывайте! Не пускать дальше!

Мужики бросились следом, но зверь двигался быстрее, чем люди в доспехах. Гундар бежал и понимал, что теряет контроль. Все разваливалось одновременно и со всех сторон, этот медведь прорывался в глубь деревни, а на стене дела тоже обстоят далеко не хорошо. На западе кто-то орал про кошку, которая прорвалась через частокол, и мимо пронесли обмякшего раненого, двое стражников тащили его под руки, и по тому, как безвольно болтались ноги и запрокинулась голова, Гундар понял, что лучше не смотреть.

И ведь до этого момента все шло настолько хорошо, что Гундар сам себе не верил. Башни и ворота, построенные по указке мальчишки, которого полдеревни до сих пор помнит как мелкого воришку, сдержали такой удар, от какого не устояла ни одна деревня в округе.

Он слышал много рассказов о нападениях жил, расспрашивал выживших, изучал все доступные тактики, и каждый раз одно и то же: звери давят числом, стены ломают за час, дальше резня. А тут звери завязли в ловушках, бараны запутались в рыбацких бреднях, ворота восстанавливались от ударов, и даже лучники, которые в мирное время попадают в забор через раз, умудрились нанести ощутимый урон, потому что промахнуться по такой толпе невозможно при всем желании.

Мало того, не пришлось даже использовать все доступные варианты. Огонь так и не задействовали, хотя те же засеки и кучи хвороста расставлены заранее. Звери боятся огня, это все знают, но беженцы из Сухостоевки попытались отпугнуть зверье, зажгли стога сена, вот только звери на это не обратили ни малейшего внимания. И мало того, что таким образом не удалось остановить нападение, так еще и полдеревни спалили прежде чем оттуда убежать. Ветер подхватил искры, те осели на крышах домов, и дальше уже никаких колодцев не хватит чтобы всё потушить.

Все-таки стоит понимать, что это не просто дикие звери, а усиленные Основой и ведомые Жилами. Их огонь только разозлит, и это Гундар смог увидеть собственными глазами на примере мужика с факелом.