ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру... Путь Строителя 10 Стоял на северо-восточном участке стены и смотрел на лес, собственно, в данный момент все стояли и смотрели на лес, потому что оттуда выходило столько всякого зверья, что пялиться на это можно до самого обеда, и глаза не устанут. Откуда-то слева доносились хлесткие команды Гундара, и даже на таком расстоянии было слышно каждое слово. Все-таки довольно тихо вокруг стало, как только появились эти стада. Земля чуть дрожит, но людям резко стало не до паники, будто бы каждый в этой деревне разом получил отрезвляющую пощечину. Хотя стоит отметить, что особо паникующие действительно эту пощечину получили, и я считаю, что вполне заслуженно. — Третий десяток на северную стену! Второй десяток усилить камнями, горшки тоже туда! Гурт, где тебя носит⁈ Живее!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Главное с клеем потом не перепутать, а то обидно получится, начнешь механизм смазывать, а он намертво склеится, и спрашивай потом, кто дурак, я или бутылка. Ну и пошел в сторону стены.

По пути не мог не заметить несколько накрытых тел у лазарета. Стены сдержали основную массу зверей, но не всех, увы. По бетонным плитам никто бы не смог забраться, гладкая поверхность без трещин и выступов не дает зацепиться ни когтям, ни копытам. Вот только где столько бетона взять, чтобы закрыть весь периметр? А если он неоднородный, то и смысла нет, те же кошки и медведи все равно полезут там, где стоят бревна. Одно слабое звено в цепи обесценивает всю цепь, и это правило работает одинаково что в строительстве, что в обороне.

Минус одна баллиста, расчет тоже пострадал, и то и другое неприятно, но восстановимо, люди поправятся, а баллисту Ольд соберет заново, благо конструкция отработана. Гундар довольно быстро разобрался со скользкими гостями, корчелыга в его руках показала себя ничуть не хуже, и медведоеды не успели наломать дров, хотя заметно потрепали защитников. Освободили целый участок стены, но лезть наверх к тому моменту было уже некому.

— Мы победили! — вдруг пришел в себя кто-то из беженцев на стене, и голос у него сорвался от восторга.

— Да-а-а! — подхватили другие, и по стене прокатилась волна радостного гула. Видимо, последнего кабанчика таки подстрелили.

— А ну молчать! Работа не окончена! — рявкнул Гундар, и настроение от победы у него, судя по физиономии, не изменилось ни на капелюшечку, все та же мрачная суровая рожа и голос, от одного звука хочется немедленно выпрямиться. — Стражники к воротам! Приготовиться к зачистке. Остальные построиться.

— Так чего лезть-то? Пусть сами додохнут, и всё! А мы устали вообще-то… — возмутился кто-то из ополченцев.

— Если ты, болван, думать не умеешь, то и с возражениями не лезь, — Гундар даже не повысил голос. — Необходима зачистка, иначе к завтрашнему утру мы тут задохнемся от вони.

— А, ну да, логично… — мужик почесал затылок и все-таки поднял копье. — Так бы сразу и сказал, а то чего сразу ругаться-то…

Стражники уже выстроились перед воротами двумя шеренгами, копья наготове, лица напряженные. Ждали, пока шиполист успокоится окончательно, а тот не торопился, огрызки шипов все еще подергивались, не желая прятаться. Последний шип задержался дольше остальных, высунулся на ладонь из бревна и замер, будто разнюхивая как там обстоят дела. Потом все-таки медленно пополз обратно и спрятался с тихим деревянным скрежетом.

Щелкнули клинья, противовесы потянуло к земле, а решетка дрогнула и поползла вверх. Мужики на веревках напряглись и стали тянуть, ведь обычный метод открывания использовать им почему-то не хочется.