В пустыне словно шевелится песок — так много ксеносов. Причем в основном, в обозримом пространстве суетятся рабочие. Выстраивают новые пирамиды взамен тех, что я тогда разрушил. Для них это всё-таки довольно сложный проект, но не в плане возведения, а скорее в плане скорости. Похоже и увеличенная численность рабочих связана как раз с необходимостью восстановления пирамид. А это сложно, все же мои действия в прошлый раз неплохо ксеносов отбросили назад, так что сейчас я наблюдаю неплохие развалины.
Теперь я даже понимаю, почему у них основная цель существования — выстроить эти пирамиды.
Чтобы дать своему создателю возможность воплотиться.
Видимо, в каких-то мирах у ксеносов это уже получалось. А вот в этом — не дам.
Но даже большое число рабочих не спасает. Рабочие, как пчёлы, суетятся над развалинами. Но этот металл существа продуцирует не в таких количествах, чтобы за пару недель, или даже за месяц восстановить хотя бы то, что было мной разрушено и забрано. Я даже не могу определить — выше пирамиды стали, чем когда я уходил, или ниже. Всё-таки рвануло тогда знатно.
С удовольствием смотрю на то, что делают существа. Пусть. Объём металла, который можно будет ещё отсюда добыть огромный. А ведь без осознанной воли бога этот металл является совершенно замечательной основой под артефакты — просто работать с ним могу фактически только я, и только за счёт пси. Видимо, среди артефакторов раньше попадались интуиты, которые тоже могли вкладывать свою волю через личное энергию.
Окидываю зеркальные поверхности хозяйским взглядом. Мне это всё, конечно, пригодится. Но потом.
Ксенос гвардеец почти сразу же приходит в себя. Дёргается в объятиях телекинеза, но сил у меня много. А он только что потерял свою матку. Но то, что ксенос вообще пришёл в себя, позволяет мне подтвердить ещё одно допущение — попадая в радиус другого гнезда, и если свое уничтожено — ксенос переходит в подчинение другой матки. Он просто становится частью другого гнезда. Это немного не так, как у насекомых. Но и ксеносы не совсем насекомые.
Иду обратно к порталу. Перед последним шагом снимаю телекинез и гвардеец тут же атакует, но меня он не видит и даже не чует. Поэтому атакует, судя по всему, первых попавшихся существ, что мне, собственно, и нужно.
Исчезаю обратно в пещере. Меня в Северной Африке уже нет, а для атаки у ксеноса теперь огромное поле разных вариантов.
— Кажется, всё, — говорю заходя обратно в пещеру. — Борис Васильевич, без вас я мог бы не справиться.
— Не думаю, Максим, — отвечает учитель. — Просто с нами было чуть проще.
— Может и так, — сомневаюсь. На самом деле просто повезло с вирусом, что он именно так влияет на существ. Но даже так, при одновременной атаке гвардейцев я мог бы не справиться.






