ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я — псион, и я родом не отсюда. Это единственное, что знаю точно. Но… какая Магия? Что за Российская Империя? Какие аристо и дирижабли? И где мои способности?! Ладно, этот путь я уже проходил. Пройду и ещё. Валерий Листратов Ушедший Род. Книга 11. Медиатор Неожиданно с отправкой возникают небольшие проблемы. Удаётся вклиниться в очень небольшой зазор между активностями телепорта. Понятно, что операторы Орши не отследят точки моего старта — всё-таки мой уровень доступа позволяет изменить данные, что я, собственно, и делаю сразу же. Но сам факт такого напряжённого обмена в городе немного смущает — Орша всегда была довольно спокойным, маленьким, хоть и портовым, городком. Дверь открывается сразу же, как только сменяется моё ощущение мира. «Вниманию пассажиров! Своевременно освобождайте точки выхода! Приносим извинения за неудобства». Фраза, произнесённая металлическим и каким-то неживым голосом, буквально ввинчивается в мозг. Но зато она же позволяет быстро собраться и действовать, а не стоять на месте.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Эти двое фактически единственные, кто достиг минимального порога инициации. Все остальные дети у нас младше. Или уже сильно старше. — начинает безопасник. А маги и Олаф сразу же смурнеют.

— Слушайте, а у меня вопрос, — неожиданно прерываю. — Клим ведь не является одарённым?

— Да, не является. — кивает Обломов. — У него молодой маг на дирижабле работает.

— А его ребёнок — одарённый. Как часто такое происходит?

— Почти никогда, — говорит Олег. — Статистика особенно не ведётся, но это очень редкие случаи, чтобы неодарённый смог переступить черту и стать магом.

— Понятно, — киваю. — Василёк с детства имел склонность?

— Точно нет, — качает головой Олег. — Ноль.

— Удивительно! То есть получается — два неодарённых внезапно стали одарёнными? — заканчиваю свою мысль.

Все глубоко вздыхают.

— Вот именно поэтому мы не хотели звать имперских вербовщиков. Они бы точно это вскрыли.

— А чего вы опасаетесь? — спрашиваю.

— Максим, Василёк был абсолютно дубовым в плане магии, — серьёзно говорит Олег. — У него точно не было шансов. Отец проверял его раза три с детства. И у дочки Клима таких же шансов не было. Мы всех здесь проверяли. У всех наших детей мог бы быть шанс. Вы думаете, мы бы его упустили? Нет. И единственные двое, которые подошли к пубертату — оба инициировались. Понимаете, что это значит?

— Понимаю. — задумываюсь. — Много у нас таких детей?

— К этому порогу возраста инициации — нет, немного. Следующие трое только в следующем году подойдут. Ещё двое совсем маленькие. Остальные плюс-минус год-два. У нас тогда удачные года были, — улыбается Олаф.

Понятное дело — прикидываю, что у большей части семейных пар дети-погодки.

— Вы думаете, это не случайность? — уточняю.

— Мы боимся, что это не случайность, — кивает Олег. — Вы же понимаете, Максим, что если наши подозрения подтвердятся — за это место будет война похлеще, чем за любые рудники.

— Понимаю. Но у нас есть два года, чтобы подготовиться, — улыбаюсь. — Артефактор я очень неслабый. Так что не бойтесь за наш дом. Я думаю, мы справимся. Но, для начала, нужно разобраться с тем, что происходит сейчас. Предлагаю навестить пленника.

Глава 8

Спускаемся.

Выходить из донжона даже не требуется — просто выходим из столовой и спускаемся на этаж ниже.

— Олег, как ты умудряешься делать такие огромные помещения? Это же наверняка сложно? — Смотрю на действительно громадные своды и абсолютно пустые, но, прямо скажем, серьёзные площади, что раскидываются под крепостью.

— Да нет, — с охотой включается в разговор Олег. — Видите, Максим, здесь же нету прямых сводов, всё скошено. Я просто раздвигаю камень, уплотняю фундамент, и это, в общем-то, не так чтобы сложно, хотя выглядит, безусловно, очень серьёзной магией. Вот только в стены я встроить ничего не могу.